– В смысле, в него вселилось приведение?
– Что-то наподобие.
Ир уставилась на, она надеялась, окончательно умершего медведя. Да, не одну ещё ночь он будет ей сниться. Как ей иногда хотелось взять и стереть некоторые воспоминания…
– …господи, твою мать, когда ж этот грё6аный день уже кончится…
– А сама-то ты откуда? – внезапно поинтересовался мужчина.
Ир медленно выпрямилась. Крестец тут же противно заныл. Н-да. Нехорошо так резко садиться на задницу. Впрочем, когда выбор стоит между падением и медвежьими зубами…
– Я здесь по делам.
Мужчина помолчал, рассматривая громадную облезлую башку в траве.
– А звать как?
– Ирвиш.
– Я Шоно.
Ир кивнула. Спрашивать, что он тут забыл, второй раз ей не хотелось.
Ей уже ничего не хотелось – только курить, чай и горячую ванну.
Достав пачку сигарет, женщина вытащила зубами одну и закурила. Некоторое время Шоно с отсутствующим выражением наблюдал за сизым табачным дымком.
– Тебе бы раны обработать.
Она глянула на правую руку. Осмотрела обе измазанные в крови, грязи и ещё бог знает чём кисти. Пальцы правой продолжали рефлекторно сжимать рукоять "Макарова".
– Придётся потерпеть до дома, – Ир вяло пожала плечами.
– А далеко дом?
– Часа три на поезде.
Шоно задумчиво поглядел вдаль. Чуть пощурился, что-то обдумывая.
– У меня тут недалеко берлога, – наконец негромко проговорил он. – Бинты с антисептиком найдутся.
Ирвиш выдохнула дым. Попыталась прикинуть варианты. Голова соображала туго и варианты прикидывать отказывалась. Зараза. Женщина выкинула окурок в траву и неуверенно кивнула:
– Да. Было бы неплохо.
– Заходи.
Шоно открыл дверь, пропуская её вперёд. Ир переступила порог, осматривая помещение.
Настоящая русская изба.
Неширокое пространство, несмотря на ящики и вёдра, мешки, мётлы и прочую утварь на тяжёлых деревянных стеллажах, казалось просторным и аккуратным. Стены, сложенные из цилиндрованного бруса, ничем не обшиты, но тщательно покрыты лаком. С пола лак давно стёрся, но доски всё равно сияли чистотой. Кажется, это называется "сенями"?
Разувшись, Шоно поставил ботинки на полку для обуви.
– Тапки, если захочешь, вон там.
Ир последовала его примеру. От тапочек она отказалась, но куртку оставила на вешалке. Не ходить же по жилым помещениям в верхней одежде. В гости всё-таки пришла.
"Жилые помещения" за обитой кожаным материалом дверью оказались ещё уютнее. Пол устилал мягкий ворсистый ковёр с тёмно-зелёным в красную крапинку узором, брус стен закрывала пропитанная чем-то янтарным горизонтальная вагонка "под бревно". Аккуратный, но тяжеловатый шкаф в углу, заполненный книгами и коробочками, собирала та же рука, что и полки, висящие почти на всех стенах. Низенький коренастый диванчик под стать шкафу ютился в дальнем конце комнаты, подальше от двери и сквозняков. У маленького сибирского окна слева разместились квадратный обеденный стол и пара крепких самодельных стульев. И стол, и стулья – настоящее произведение столярного творчества: ладно пригнанные, тщательно ошлифованные и покрытые лаком, не лишённые своего грубоватого очарования.
Где-то под потолком зажглась лампочка, и в комнате сразу стало теплее. Оранжевый свет вообще делает любое помещение тёплым. Ир глянула на потолок – и поняла, почему в доме так приятно пахнет травами. Между массивными балками перекрытий на металлических струнах сушились пучки всевозможных растений, ягод и даже грибов. Интересно, сколько с них налетает мусора? Уборки, наверное – каждый день по десять раз с метлой по углам бегай. Хотя, может, хозяину это наоборот нравится…
Мимо, бесшумно ступая босыми ногами, прошёл Шоно. Подойдя к окну, он приоткрыл форточку, забрал со стола полотенце и скрылся за одной из двух дальних дверей. Ир проводила его взглядом. Его руками здесь всё построено?
Мужчина появился через минуту с маленькой жестяной миской в руке. От миски поднимался пахнущий чем-то растительным пар.
– Оперативно нагрелось, – Ир кивнула на миску.
Шоно сделал неопределённый жест головой:
– Чайник в печи стоял. Садись. Бери табурет.
Ир обернулась к столу – плечо тут же дало о себе знать. Ноющая боль пульсирующей волной прокатилась от локтя в пальцы. Женщина прикрыла глаза. Не в её привычках жаловаться на каждую царапину, но некоторые "царапины" даже бравый воин бы не смог проигнорировать.
Табурет нашёлся под столом. Старенький, гораздо старше прочей мебели в доме. Пока Ир сидела на нём, рассматривая детали обстановки, Шоно что-то шумно искал в шкафу у дивана. На мощной, хоть и не слишком широкой спине под мягкой клетчатой рубашкой заметно перекатывались тренированные мышцы. Владелец этой спины был хорошо знаком с физическим трудом. Спортзалом так не накачаешься.