Аттракцион сталкерской романтики, мать его…
Подождав и поприслушивавшись ещё немного, Ирвиш медленно двинулась дальше. Обследовать эти комнаты в её планы входило, но не первым пунктом. Для начала следует выяснить, что и где шуршало. И есть ли в подвале живые.
Увы, все три помещения оказались пусты. Даже следов крыс не нашлось. Строительный мусор, плесень и древесная труха.
Дальше коридор поворачивал влево.
И делал он это под крайне странным тупым углом.
Ирвиш остановилась. Посторонних звуков больше не было, но теперь её смущали не звуки.
Проход впереди напоминал продукт труда душевнобольного архитектора. Либо сильно нетрезвого строителя. Стены изгибались ненормальными ломаными линиями, напоминая мятые листы толстого картона. Странно, как с такими стенами не обвалился потолок… Сюрреализма зрелищу добавляли беспорядочно торчащие во все стороны обрезки труб – как палки, натыканные ребёнком в песочную крепость.
Было в коридоре и ещё кое-что неправильное. Свет. Свет и тень. Пятна и блики двигались вместе с фонариком, но как-то… не так. Первые несколько секунд Ир не могла сформулировать, что именно её смущает. Затем поняла. Луч света в коридоре игнорировал все законы физики. Казалось, в воздухе висит десяток невидимых зеркал, отражающих, ломающих и сдвигающих луч совсем не туда, где он должен бы быть.
По позвоночнику Ир под рюкзаком пробежала болезненная изморозь. Женщина поёжилась, на миг отвлекшись от огоньков. Руки зазудели от желания потереть плечи. Защитный рефлекс. Вместо этого Ирвиш поддела ботинком небольшой обломок чего-то лёгкого и толкнула в направлении коридора. Ноги – отличный инструмент исследователя, когда руки заняты пистолетом.
Кусочек ветоши, тихо шаркнув, влетел в коридор, на миг исчез… и вдруг выскочил в совершенно другом месте, чуть дальше. Проскользив ещё несколько сантиметров, обломок расслоился, будто попал за двойное стекло, долетел до одного из изломов стены и, исчезнув снова, тут же появился чуть ли не в середине коридора.
Ир в лёгком ступоре пялилась на обломок. Евклидова геометрия ему явно была до лампочки. Пространство вместе со всеми его законами грубо измяли, скомкали и бросили тут, посреди дремучего леса, в подвале заброшенного здания, облюбованного малолетними культистами. Никогда прежде ни с чем подобным Ир не сталкивалась – а сталкиваться ей за свой век пришлось много с какой необъяснимой хренью.
Если эти колдуны-самоучки действительно способны на нечто подобное, ни о каком "взять живыми" и речи быть не может. Если – когда – случится столкновение, ей почти наверняка придётся стрелять.
Ирвиш перехватила пистолет покрепче. Ступать в искорёженный коридор она не собиралась. Хмуро вглядываясь в темноту, женщина сделала рефлекторный шаг назад.
Шею и плечи обожгло. Злой жар прокатился по лопаткам и вгрызся в позвоночник. Горло свело спазмом. Женщина задержала дыхание, чтобы не вскрикнуть от резкой боли, сморщилась и отступила ещё дальше.
Коридор задрожал. По воздуху побежали мелкие угловатые блики. Уши Ир заложило от высокого свиста, в позвоночник впились раскалённые штыри. Из сведённой спазмом глотки вырвался резкий болезненный вздох.
Нет, она не закричала. Вместо неё кричало пространство.
Ломаясь и сминаясь ещё больше, исходила трещинами вся ткань видимого мира. Что-то похожее на мелкие осколки беззвучно сыпалось вниз, но не достигая пола, превращалось в сияющую пыль и тут же взмывало вверх. В других обстоятельствах это зрелище могло бы показаться красивым.
В залитом огненной болью сознании Ир мелькнула мысль о галлюциногенах в воздухе – этакая химическая защита. Дешевле сигнализации, эффективнее пенсионерки с ружьём. Перед её глазами происходило нечто, вряд ли способное существовать в реальности. В той реальности, к которой она привыкла. Слава высшим силам, продлилось всё это недолго.
Трансформации пространства закончились так же внезапно, как начались.
Ирвиш упала на колени. И поняла, что снова дышит. Обжигающая боль в спине, спазм в горле, мерцание и блики в коридоре, дрожащие, корчащиеся стены – всё просто взяло и пропало. В ушах звенела тишина. Фонарик, непостижимым образом оставшийся в левой руке Ир, светил ровным широким лучом прямо в коридор.
Обычный коридор с облупленными грязными стенами, через два метра поворачивающий вправо. Под нормальным прямым углом. Пространство тонуло в мягком бархатистом мраке, приятном для только что пылавших болью глаз.