Спину ломило. И дело совсем не в рюкзаке: на позвонках будто станцевал поддатый медведь. Но раскалённые штыри пропали – наверное, туда же, куда и изломы стен и угловатые блики в воздухе.
Во рту стоял кислый привкус. Сильно хотелось курить.
Что за н…
Шорох.
Ирвиш выключила фонарик. Рефлекторно. Не задумываясь.
Руки явственно дрожали. Да и дыхание – она заметила только сейчас – походило на сопение запыхавшегося бульдога. Таким пыхтением можно перебудить пол-леса. Ир задышала ртом – медленнее, спокойнее, тише…
Шаги. Обычные неторопливые.
Двуногое. Прямоходящее. Человек, сто процентов.
Девяносто. В этом грё6аном подвале с исчезающими вмятинами и телепортирующимися обломками она уже не удивится, встретив какую-нибудь неведомую человекоподобную тварь из фильма ужасов.
Осторожно, стараясь не издавать лишних звуков, женщина поднялась на ноги. За поворотом коридора показался едва заметный проблеск. Свет. Лампа или фонарь. А может, свеча. Звук стал различим чуть лучше.
Вряд ли получится добраться до лестницы незаметно.
Ирвиш наощупь скользнула в проём ближайшего помещения. Убрала фонарик на пояс, сняла и поставила у стены рюкзак, отщёлкнула флажок предохранителя. Замерла.
Владелец лампы двигался неторопливо, но определённо не крадучись. Чувствовал себя уверенно. А значит, пришёл не потому, что услышал что-то подозрительное.
Пятно света разгоралось всё ярче, пока не начало сжиматься в плотный прямой луч. В следующую секунду мимо помещения, где затаилась Ир, прошла высокая фигура в тёмной куртке. Других деталей внешности разглядеть, увы, не получилось.
Времени на продумывание плана не было. Женщина шагнула в коридор, едва высокий субъект прошёл мимо, и ткнула дулом ему в затылок.
– Стой.
Субъект заметно вздрогнул и застыл.
– Подними руки.
Он поднял. С раскрытыми ладонями, на уровень плеч.
– Ты как сюда попала?
Негромкий мягкий голос. Немного мальчишеский. Совсем молодой.
Ирвиш проигнорировала вопрос. Торопливо обыскала высокого на предмет оружия и, ничего не найдя, снова шагнула назад. Тот неуверенно пошевелил головой. Прижатое к затылку дуло его нервировало. Ну, ещё бы.
– Где твои приятели?
– Ты кто вообще такая?
Ир ткнула грубее:
– Отвечай на вопрос.
Высокий вдруг засмеялся – тихо, неприятно. У Ир возникло желание как следует двинуть ему по затылку. Но если эта каланча отключится – перетащить её туда, где можно будет задать все необходимые вопросы, станет проблематично.
– Ты же даже не понимаешь, куда забрела, да, солнышко?
– Я тебе язык твой в задницу запихаю, если не прекратишь выделываться.
Высокий снова засмеялся. На сей раз весело, будто над хорошей шуткой.
– Давай, я тебе наглядно объясню, в чём ты неправа. Это несложно. Буквально вот так.
Он прищёлкнул пальцами.
В глубине коридора позади зарычало. Сухой раскатистый звук, пробирающий до самых костей.
Ир начала оборачиваться.
Что-то ударило её в спину. Что-то настолько большое, что она мгновенно потеряла равновесие. Рухнув на пол, она в последний миг подставила руки, чтобы не ткнуться носом в каменное крошево. Плечи женщины рванули чьи-то когти. Позвоночник обдало знакомое пламя, в глазах поплыли алые пятна. Нечто крайне разозлённое вгрызлось в её шею, закогтило по спине. Матерясь сквозь сжатые от боли зубы, Ир подняла глаза. Неудавшийся заложник уже добрался до лестницы и прыгнул на первую ступеньку.
Если этот поганец сбежит – можно смело помирать прямо здесь же.
Впрочем, если зверюга, полосующая её спину, перекусит позвоночник, других вариантов и не будет.
Ирвиш вскинула руку с оружием в сторону лестницы и, не целясь, нажала спуск.
В правое плечо впились звериные клыки. Рука отнялась. Охнув, Ир выронила пистолет.
С лестницы донёсся вопль.
Плечо внезапно отпустили. Пальцы онемевшей руки закололо. На горящей огнём спине больше не ощущалось чужого веса, исчезли и слепящая боль, и когти, и зубы, рвавшие её плоть.
Да что за хрень сегодня происходит?!
Ир посмотрела туда, где должен был находиться подстреленный, но успела заметить только исчезающий на верхней ступеньке ботинок. Она резко оглянулась. Коридор был пуст. Либо зверь притаился за поворотом, либо уполз в одну из комнат, либо…
Дежа вю.
Ирвиш судорожно ощупала плечо. Совершенно сухой рукав, целая ткань. Никаких ран, никаких порезов. Здоровая рука.
…Быть не может.
Не может быть, чтобы зубы, остервенело рвавшие её плечи ещё пару мгновений назад, не оставили ни следа ни на мясе, ни даже на одежде.
Увы, факты упрямо стояли на своём.
Ир дрожащими пальцами подняла пистолет. Кое-как справившись с предохранителем, убрала оружие в наплечную кобуру и поднялась на ноги.
Беглец ушёл. С ним ушла и награда, полагавшаяся за работу. Теперь о её визите узнает вся чёртова кодла. Здесь их ловить бесполезно.
Хотя, может, подстрелыш истечёт кровью где-нибудь по дороге? Было бы неплохо.
Кляня собственную самоуверенность, толкнувшую её на эту дурацкую схватку, Ирвиш включила фонарик, чтобы не запнуться, и побрела к лестнице.
Наверху, естественно, уже никого не было. Несчастного культиста след простыл. И ранение явно никак не повлияло на его скорость.
Ищейка из Ирвиш была так себе, а посему, от души выругавшись, она глубоко вздохнула и достала из внутреннего кармана пачку "Полёта".
Наниматель пробудет в городе ещё сутки и до деревни доберётся только следующим утром. К этому моменту желательно найти хоть что-то, что поможет выследить культистов. Иначе плакали её денежки.
Ирвиш чиркнула спичкой. Серный дымок с первой затяжкой втянулся в подожжённую папиросу.
Теперь эти полудурки во главе с подстреленным наверняка забьются куда поглубже. Или пойдут к ментам. Хотя последнее вряд ли. Если, конечно, они действительно делали всё, о чём рассказал наниматель. С таким "послужным списком" в органы правопорядка особо не пожалуешься.
Женщина привалилась спиной к покорёженному столбику, держащему козырёк крыльца, и выдохнула дым. В их способности натворить много мистической хрени она уже не сомневалась. Не после встреченного в подвале.
К слову о подвале. Спуститься туда снова и дообследовать оставшиеся помещения таки придётся. Существует шанс – мизерный, но всё-таки, – что эти недосатанисты оставили после себя подсказки, где их можно найти. Или что они собираются делать. А может, и что-то, за чем они захотят вернуться.
Онемевшее плечо понемногу начинало ныть, перебивая даже ломоту в позвоночнике. Противная зудящая боль. Всё лучше, чем дыры от звериных зубов.
Затянувшись последний раз, Ир затушила окурок о столбик и выкинула в траву. Надо заканчивать с этой мистикой-хренистикой. И поскорее.