— Как ты можешь? — её голос едва различим, но полон боли. — Ты хочешь, чтобы я стала частью этой игры? Ты хочешь, чтобы я стала чьей-то жертвой?
Рафаэль не замедлил, его ответ был прямым и холодным.
— Ты не можешь выбрать, Ева. Ты не можешь отказаться. Это не твоё решение.
Ева почувствовала, как её тело начинает трястись. В её глазах было отражение отчаяния, которое ей не удавалось скрыть. Она начала осознавать, что у неё нет выбора. Рафаэль — этот человек, с его жёсткими правилами, его амбициями, его решимостью — был безжалостен. Он уже решил за неё. И в этой игре, которую он вёл, её воля ничего не значила.
Её пальцы сжались в кулаки, и она почувствовала, как её горло сжимается от слёз, которые она пыталась скрыть. Но ни одно её слово не могло изменить ничего. Этот мир был слишком жесток, и её отец больше не мог защитить её. Она была одна в этом аду.
Рафаэль, заметив её слабость, шагнул к ней ещё ближе. Он был таким высоким, его присутствие словно поглощало всё пространство вокруг.
— Ты выйдешь замуж за Ли Вэем. — повторил он с уверенным тоном, смотря прямо на неё. — Это не вопрос, не просьба, это факт.
Ева посмотрела ему в глаза, но в её взгляде уже не было гнева. Осталась только пустота. Её мечты, её желание быть свободной — всё это рухнуло. Она не могла победить. Она не могла бороться.
— Почему ты так жесток со мной? Ты убил моего отца, разрушил мой мир, а теперь и это... — её слова звучали тихо, как шёпот. — Почему ты убиваешь во мне всё, что я когда-то любила?
Рафаэль не ответил, его глаза были полны холодной решимости. Он посмотрел на неё, как на часть своей собственности, как на свою обязанность, которую он должен выполнить.
— Ты сделаешь это, потому что я сказал. Ты будешь с ним. Всё остальное не имеет значения.-
Ева стояла, не зная, что чувствовать. Она почувствовала, как её душа распадается на тысячи крошечных частей. Её свобода была отнята, а её судьба предрешена. Она не могла изменить этот мир, не могла найти выход.
Она была сломлена. И в этот момент, когда Рафаэль ушёл, оставив её в полной тишине, она осознала, что больше не имеет силы сопротивляться. Она села в кресло, чувствуя, как её мир рушится, и в её глазах потекли слёзы, которые она не пыталась скрыть.
Рафаэль выиграл.
Ева сидела в своей комнате, оглядывая себя в зеркало, ощущая, как её сердце сжимается от волнения. Это был день, когда её жизнь окончательно менялась. Вся её реальность, вся её свобода, все её мечты — всё это рухнуло. Она была не просто перед важным шагом, она была перед решением, которое могло бы разрушить её жизнь навсегда.
Тихий стук в дверь вывел её из раздумий, и она взглянула на своего отражения в зеркале. В комнату вошла её верная служанка, с тихим и осторожным шагом.
— Ева, пора. — голос служанки был мягким, но в нём ощущалась лёгкая тревога. Она знала, как тяжело для девушки переживать этот момент.
Ева встала, чувствуя, как её ноги становятся деревянными. Каждое движение казалось тяжёлым, как будто она с каждым шагом приближалась к своей собственной могиле. В её глазах читалась боль, а сердце било в унисон с её мучением.
Служанка подошла и аккуратно сняла с неё простое платье, надевая на неё что-то совершенно другое — наряд, который она не выбрала, который ей не нравился. Это был великолепный красный вечерний костюм, с открытыми плечами и длинным шлейфом, с блёстками и перьями, что заставляли её чувствовать себя как куклу в коробке. В зеркале она едва могла узнать себя — её светлые волосы были завиты в лёгкие локоны, а макияж был ярким, подчёркивающим её черты, но не скрывающим ту печаль, которая глубоко пряталась в её глазах.
— Ты великолепна. — сказала служанка, видя, как наряд подчёркивает её внешность. Но её слова не приносили Еве утешения. Она не могла радоваться своему внешнему виду, зная, что это было не её решение, не её выбор.
Её взгляд был пустым, почти отчуждённым. Ева посмотрела в зеркало ещё раз, и с каждым взглядом ей становилось всё тяжелее дышать. С этим нарядом она чувствовала себя не более чем товаром, который её дядя готовится продать.
Когда она вошла в большой зал, атмосфера была другой. Здесь всё было сделано с претензией на роскошь и величие, но для неё всё это было пустым. Зал был огромным, с высокими потолками, затменными люстрами, и хрустальными вазы, наполненными цветами. Каждое мгновение казалось, что она попадала в замкнутую паутину, из которой не было выхода.