Но когда всё закончилось, и они стояли перед алтарём, Ли Вэй, в своём привычном хладнокровии, наклонился и поцеловал её. Этот поцелуй был не для любви, а для укрепления их союза. Он был наглым, напористым, и в нём не было никакого сантимента. Он поцеловал её так, как обычно целуют трофей — с лёгкой насмешкой в уголке губ.
Её глаза оставались закрытыми, и в этот момент она поняла: она потеряла контроль. Но в её душе оставалась искра надежды, что однажды она сможет вернуть себе свою свободу.
После того как Ева и Ли Вэй обменялись клятвами, церемония подошла к своему логическому завершению, и гости начали расходиться. Весь этот момент был для Евы, как туман в голове — она не могла поверить, что всё случилось так быстро. В её душе была пустота, которую она не могла заполнить, и холод, который проникал глубоко в её сердце.
Когда всё закончилось, а они, наконец, отошли от алтаря, их встретил Рафаэль. Он стоял у дверей, улыбаясь своей холодной, безжалостной улыбкой. В его глазах не было ни малейшего следа человеческого сострадания. Он был доволен. Безмерно доволен тем, что наконец-то реализовал свою идею, тем, что его власть укрепилась, а его планы сработали так, как он и задумал.
Рафаэль шагнул к ним с неторопливыми шагами, его походка была уверенной и властной. Он не торопился, не скрывая своей радости. Когда он подошёл, его взгляд скользнул по Еве, и на мгновение она почувствовала, как её сердце сжалось. Но Рафаэль смотрел на неё с таким холодом, что она, как ни старалась, не могла найти в нём никакой человечности.
— Поздравляю, теперь вы муж и жена, желаю вам бесконечного счастья и любви. — его голос был таким же холодным, как его взгляд. Он поочерёдно смотрел то на свою племянницу, то на Ли Вэя, его глаза были полны удовлетворения. — Как же я рад, что всё прошло гладко. Вы оба, теперь, связаны крепче, чем когда-либо.
Ли Вэй ничего не ответил, его лицо оставалось таким же каменным и неподвижным, как и всегда. Но Рафаэль явно был на высоте, наслаждаясь моментом.
— Ева, моя дорогая племянница. — он обратился к ней, его тон не был дружелюбным, скорее издевательским. — Ты думала, что сможешь сбежать от этого? Что сможешь избежать этой участи? Нет, племянница, всё давно уже было решено. - Его голос был полон насмешки. — Ты теперь не только замужем за Ли Вэем. Ты теперь — часть этой семьи. И, кстати, ты прекрасно понимаешь, как мне было выгодно с вами договориться.
Ева сжала зубы. Она с трудом пыталась скрыть свою ненависть, но ей удавалось сдерживать чувства лишь на время. Всё, что ей хотелось сейчас, — это вырваться и выйти отсюда, подальше от него, от всего, что напоминало о её новом мире. Однако она знала, что не имеет права на это. Рафаэль всё ещё был её дядей, а Ли Вэй — её мужем. Она теперь была связана с этим миром, который она не могла контролировать.
Рафаэль продолжал, не замечая её страха.
— Ли Вэй, я очень рад, что ты стал частью нашего дела. Ты и твоя семья — важный союзник для нас. С вашей помощью я могу укрепить не только своё положение, но и ещё больше расширить свою империю.
Его глаза снова встретились с глазами Ли Вэя, и на мгновение между ними прошла какая-то скрытая связь, которую Ева не могла понять. Она понимала лишь одно — Рафаэль был готов на всё ради своей власти. И эта свадьба была лишь шагом в его великом плане.
— Теперь, когда он стал частью моей семьи. — Рафаэль продолжил, улыбаясь, но в его улыбке не было тепла, только горькая ирония, — Ты будешь жить по нашим правилам. Никаких выходов. Ты будешь стоять рядом с ним, укрепляя наш альянс, как и полагается."
Ева, несмотря на всю свою внутреннюю боль, не могла молчать. Она взглянула на Рафаэля с яростью, и её голос звучал сдержанно, но отчаянно.
— Ты думаешь, что я смирюсь с этим? — её глаза сверлили его, полные боли и гнева. — Ты не сможешь меня сломить. Я не стану твоей марионеткой.
Рафаэль не сдержал улыбку, словно всё, что она говорила, не имело для него значения. Он подходил к ней и мягко погладил её по плечу, что заставило её вздрогнуть от отвращения.
— Тебе стоит смириться, Ева. Ты больше не можешь сопротивляться. Твои слова — это лишь ветер. Ты теперь часть нашей игры, и тебе придётся играть по нашим правилам. Иначе... последствия будут тяжёлыми."
Он отступил и, не сказав больше ни слова, повернулся к Ли Вэю.