— Вижу, что ты тоже понимаешь, что эта свадьба — не просто союз двух людей. Это союз двух империй. Мы теперь не просто родственники. Мы — партнёры.
Рафаэль бросил последний взгляд на Еву и, не обращая внимания на её боль, вышел из зала, оставив пару в одиночестве.
Ева стояла в тишине, чувствуя, как её сердце разрывается. Она была рядом с тем человеком, которому не было ни сочувствия, ни сострадания. Она была не более чем инструментом, частью этой темной игры, и несмотря на все её попытки сопротивляться, её положение было уже решено.
Зал, в котором проходил свадебный банкет, был величественным, как дворец. Огромные люстры, изысканные картины на стенах, полы, покрытые коврами с золотыми узорами, и столы, изобилующие едой, создавали атмосферу роскоши и излишества. Просторный зал был наполнен звуками шуршания шелковых платьев, разговоров и смеха, но для Евы всё это было словно далёкое эхо. Она сидела за одним из столов, окружённая незнакомыми людьми, среди которых не было ни одного, кого она могла бы назвать другом. Все эти люди были чуждыми, и она чувствовала их взгляд на себе, как холодные иглы.
Рафаэль, её дядя, сидел в центре зала, наслаждаясь вниманием и уважением, которое ему отдавали все присутствующие. Он был в своём элементе, общаясь с влиятельными людьми и продвигая свои дела. Его улыбка была широкой, но Ева знала, что за этой улыбкой скрывается жестокость, и она ощущала это на каждой клеточке своей кожи.
Ли Вэй, её муж, сидел рядом с ней. Его глаза были холодными, сосредоточенными на происходящем вокруг, как всегда. Он не сказал ни слова, но её присутствие рядом с ним, хотя и молчаливое, было неоспоримым. Взгляд Ли Вэя порой останавливался на ней, но он не проявлял ни малейшего интереса. Его лицо было непреклонно, как камень, и она чувствовала, как его холод проникал в её душу. Это был не тот мужчина, о котором она когда-то могла мечтать. Он был чуждым и далёким, и она с ужасом осознавала, что её жизнь теперь была связана с ним.
Ева сдерживала слёзы, хотя её внутренний мир рушился на глазах. Она не могла привыкнуть к мысли, что она теперь была всего лишь пешкой в чужой игре. Её отец был мёртв, а дядя, Рафаэль, устроил её судьбу так, как ему угодно.
— Ты прекрасно выглядишь, моя невеста, или уже будет правильнее сказать моя жена. — Ли Вэй наконец нарушил молчание, его голос был низким и холодным, но в нём было что-то странно отстранённое, что заставило её вздрогнуть. Его слова не звучали как комплимент, а скорее как констатация факта.
Ева посмотрела на него. Всё, что она могла почувствовать — это отчуждённость и растущее разочарование. Её взгляд был холодным и безжизненным.
— Ты не понимаешь. — её голос был тихим, но уверенным. — Ты не понимаешь, что я чувствую.
Ли Вэй не ответил, но его взгляд был внимательным. Он был не тем человеком, который бы вникал в чувства других, но её слова зацепили его. Он слегка приподнял бровь, но не стал продолжать разговор. Он отвёл взгляд, и Ева вновь почувствовала, как её оставляют наедине с её болью.
По другую сторону стола Рафаэль наблюдал за ними, удовлетворённый тем, что всё шло по плану. Его взгляд был полон скрытой радости и гордости. Он знал, что этот момент — ключевой, и теперь его власть была укреплена. Ли Вэй был его союзником, а Ева — не более чем инструментом, который укрепит его позиции.
— Это было необходимо. — Рафаэль сказал в сторону Ли Вэя, когда их взгляды встретились. — Я всегда знал, что в конце концов ты и Ева станете союзниками. Это большой шаг вперёд.
Ли Вэй кивнул, его взгляд снова скользнул по Еве, но она уже не обращала на это внимание. В её голове всё было как в тумане. Мелькали лишь картинки, чувства и обрывки мыслей. Её будущее теперь было решено, и она не могла сделать ничего, чтобы изменить это. В её глазах было больше боли, чем злости, больше пустоты, чем ненависти. Она была не просто жертвой судьбы — она была её пленницей.
Банкет продолжался, но для неё он стал лишь фоновой картинкой, лишённой цвета и жизни. Её сердце было сковано, и в этом великолепном зале, полном богатства и веселья, она чувствовала себя совершенно одинокой.
Банкет был в полном разгаре, зал полнился звуками бесконечных разговоров, смеха и звон бокалов. Люди обменивались тостами и комплиментами, но для Евы этот мир казался чуждым. Она сидела за столом, уставившись в бокал с вином, будто пытаясь найти утешение в этом одном из элементов этой гламурной реальности. Весь этот праздник, эта роскошь и веселье — казались ей бессмысленными.