Оборотень резко вскочил, но тут, же сообразил, что мерзавец намеренно старается оскорбить и унизить его. Он едва подавлял желание кинуться на врага и умереть, как полагается воину — в бою, но за его спиной тихо-тихо поднялась на ноги Ида.
Девушка сделала шаг и встала рядом с псом.
— Не делай этого, — спокойно сказала она. — Не перед ним. Это он виноват в том, что Эрика поймали и осудили.
Вейн удивленно посмотрел на Иду, до этого момента он даже не подозревал, что она что-то знает об этой истории.
— Ален? — недоверчиво спросил пес, Гвен говорил ему, что нашелся свидетель, который все видел, но он не назвал его имени.
— Именно, — кивнула Ида.
Светловолосый стоял не шевелясь, кусая губы.
— Откуда тебе это известно? — выдавил он, наконец.
— Мне рассказал Эрик! — заявила перельдар.
— Пусть так, разве это имеет значение? Вы все равно умрете. Тебя, девчонка, я хотела помиловать, но ты сама…
Ален медленно наступал на пленников.
— Что ты делаешь? — окликнул его недовольный голос рыженькой гостьи, внезапно появившейся в дверях.
— Уйди, Верта! Тебе не зачем это видеть.
Но девушка считала по-другому и метнулась наперерез Алену. Двигалась она просто с умопомрачительной скоростью, блондин даже среагировать не успел, как живая преграда стояла на его пути. Рыжая прикрыла пленников своим телом.
— Тебе не зачем это делать, — высокомерно заявила Верта. — Дариен приказал присмотреть за ними, а не убивать.
— Я не подчиняюсь приказам Дариена!
— Неужели? Думаю, он очень удивиться, узнав это. А теперь проваливай, иначе я забуду о своем обещании не трогать тебя.
— Женщина, что ты себе позволяешь!
— Я в своем праве, а ты, предатель, жив только потому, что меня просил об этом Зарен.
— Верта!
— Убирайся! — она кричала, окончательно выйдя из себя.
Ида со страхом наблюдала за этой дикой сценой. Молоденькая хрупкая девушка, лишь чуть-чуть повыше ее, угрожает сильному оборотню, который возвышается над ней как гора. Вот сейчас этот верзила сделает шаг вперед и раздавит их всех вместе одним махом, ну, может с Вейном немного повозится. Но к удивлению Иды, Ален резко повернулся и вышел вон.
Верта обернулась к спасенным ею пленникам.
— Спасибо, — тихо сказала Ида.
— Мне не нужна твоя благодарность, — жестко ответила волколачка. — Возможно, ты спаслась ненадолго. Я чувствую твою связь с Эриком, но не могу ее понять. Что это? Он любит тебя?
— Я стала его названной сестрой, — почти прошептала перельдар, испуганная злобным блеском зеленых глаз собеседницы.
Та порывисто вздохнула и схватила ее за запястье. Обнаружив крестообразный шрам, она почти оттолкнула Иду от себя.
— Зачем он это сделал?
— Не знаю.
— В чем дело? — голос Дариена прервал их беседу. — Ален едва в болото не прыгнул. Верта, я же просил не трогать его.
— Нужен он мне, — презрительно фыркнула рыжая. — Пусть держится от меня подальше. Или об этом ты его не просил?
— Верта, пойми, Ален нужен нам. Он, конечно, виноват…
— Замолчи! Не желаю ничего слышать больше об этом предателе. Чтоб он в трясине утонул! — Верта перевела дыхание и уже более спокойно сказала, ткнув пальцем в сторону Иды. — Кстати, познакомься, твоя новая родственница.
— Ты о чем?
— Она и Эрик прошли обряд sich verbrudern.
— Это правда? — Дариен внимательно посмотрел на Иду.
Она кивнула. Лорд медленно приблизился к ней, остановившись так близко, что почти касался девушки. Дариен, естественно, почувствовал некую связь этой полукровки и младшего, но подумал об интрижке. Оборотни видели связующие нити, но объяснить характер отношений могли далеко не всегда.
— Как ты уговорила его? — очень спокойно спросил он.
В этом ледяном тоне, как будто безразличном, пряталась угроза. Но Ида тряхнула растрепанными волосами, как же ей надоело постоянно кого-то бояться.
Она посмотрела прямо в глаза волколака и отчеканила:
— Он стал моим братом по своей доброй воле. Потому что так захотел сам. У него, как и у меня не осталось родных. Эрик считал, что таким одиноким созданиям как мы не грех и породниться.
— Он не одинок, у него есть я, — нахмурился Дариен.
— Что ж, ну а если бы не я, то он бы не дожил до встречи с тобой, — дерзко бросила перельдар и сложила руки на груди.
Первый Хранитель с удивлением уставился на нее.