— Что скажешь, если домой пойдем пешком, Марина? — произнес он, взглянув на свои часы. — Тут так накурено, что мне, пожалуй, придется костюм свой за окно вывешивать, чтобы избавиться от запаха. А твои волосы… — Он придвинулся к ней и с улыбкой легонько щелкнул по заправленной за ухо пряди. — Они, наверно, так пропитались табачным дымом, что твой муж чего доброго решит, будто ты начала курить.
Он никогда не называл Рольфа по имени, всегда говорил «твой муж», да и это случалось довольно редко. Они встали и направились к выходу, как вдруг к ним подошел улыбающийся крупный мужчина.
— Никитин! Уходишь так рано?
Пальцы Михаила сжались на руке Марины.
— Это мой однокашник. Сейчас он работает официантом в ресторане «Ренессанс», — негромко произнес он, пока мужчина не подошел к ним вплотную.
Когда здоровяк хлопнул Михаила по плечу и усмехнулся, Марина почувствовала в его дыхании сильный запах алкоголя.
— Что же это ты? Не представишь меня прекрасной девушке? — пробасил он и кивнул в сторону Марины.
— Госпожа Ваймер, позвольте представить: это Игорь Болтов, мой бывший одноклассник, — непривычно формальным тоном произнес Михаил.
Болтов изумленно поднял брови.
— Вы имеете какое-то отношение к Рольфу Ваймеру?
Прежде чем Марина успела совладать с удивлением, Михаил спросил:
— Откуда ты знаешь Рольфа Ваймера?
Болтов хохотнул.
— Откуда я знаю Рольфа Ваймера?! Да это мой самый щедрый клиент в «Ренессансе»! — сказал он и, подмигнув, прибавил: — Особенно когда бывает там с красавицей Ксенией! Уж кому, как не мне, знать его? Он всегда заказывает одно и то же: себе кампари, а своей очаровательной спутнице «Шато-Латур».
Мужчина покачнулся и снова обратил взгляд к Марине.
— Так вы ему не родственница?
Марина не успела ответить, потому что Михаил потянул ее за руку к выходу, бросив Болтову:
— Увидимся, Игорь.
На улице воздух еще был прохладен, и летняя влажность пока не ощущалась.
— Итак, ваше высочество, — промолвил Михаил с улыбочкой, как когда-то в Харбине, — что прикажете подать: велорикшу, рикшу или соизволите прогуляться на своих двоих?
Губы Марины дрожали так, что ей пришлось их сжать что было силы. Ответить она не сумела.
Михаил развернулся и подозвал велорикшу.
Дорогой какое-то время молчали, а потом он сказал:
— Этот дурень был пьян, Марина. Наверняка он что-то спутал.
Несмотря на то что произнес он это будничным тоном, слова его прозвучали совершенно неубедительно, и Марина покачала головой.
— Не надо, Миша.
Поездка показалась Марине бесконечной. Когда же наконец приехали на Авеню Хейг и остановились у ее дома, она не могла заставить себя посмотреть спутнику в глаза. Едва слышным голосом она пожелала ему спокойной ночи и хотела было уйти, но он взял ее за руки и попытался приблизить к себе. Марина, на грани отчаяния, едва сдерживая слезы, сопротивлялась. Чувствуя, как незаметно, исподволь, нарастает напряжение, она вырвалась и убежала в дом.
Включив свет в гостиной, Марина направилась прямиком к буфету, на котором стоял хрустальный графин, открыла крышку и понюхала красную жидкость. Кампари.
Конечно же, она понимала смысл того, что сейчас произошло, но какое-то инстинктивное, иррациональное внутреннее побуждение подталкивало ее сделать что-нибудь, чтобы удостовериться. Болтов знал Рольфа, в этом не было сомнений. Рольф и кампари — понятия тождественные, но гордость не позволила ей сказать об этом Михаилу.
Она медленно поставила графин обратно на буфет, а потом повернулась и осмотрела комнату так, будто видела ее впервые. В квартире было очень тихо, но барабанные перепонки Марины вибрировали от пульсации крови в голове. Ей вдруг стало не хватать воздуха, точно какой-то неосязаемый дух обвил ее горло невидимыми щупальцами и начал душить.