Через десять минут, когда родители, оба одетые, вошли в спальню, девочка сидела на кровати, сложив ножки по-турецки и сосредоточенно вертела в руках резиновое кольцо. Рядом валялась упаковка, из которой любознательное чадо достало сию игрушку.
- Мама, а сто это такое? – засунула в растягивающуюся змею пальчик девочка. – И как это используется?
- Я тебя точно убью, - сквозь зубы прошипела девушка. – Ты не мог убрать, прежде чем ребенка запускать. Твое счастье, что он новый.
- Мама, а сто ты папе говолишь? – невинные глаза дитяти метнулись от папы, который тщетно пытался подавить смех, к маме, на щеках которой расцветали красные пятна смущения.
- Я папе объясняю, что игрушки нужно убирать на место, когда попользовался, - тоном, готовым заморозить экватор, пояснила она дочке.
- А это иглушка? А как с ней иглают?
- Ксюша, это игрушка для взрослых, - забрала из цепких ладошек девочки резиновое средство предохранения Регина. – Вот когда ты подрастешь, я тебе обязательно расскажу, как с ней играть, а пока что…, - она умоляюще посмотрела на Дара, который все никак не мог перестать посмеиваться.
- А пока что мы должны спешить гулять, но, сначала, мама должна переодеться. Мне очень нравится, как ты выглядишь в моих шортах, - шепнул на ухо любимой мужчина, а рука меж тем автоматически скользнула на ее талию, - но боюсь, что ты не захочешь гулять в таком виде.
- Плеклатите обжиматься! Как дети малые, - горестно вздохнула малышка, наблюдая за родителями. – Так вы, плавда, помилились? И папа тепель будет жить с нами?
- Да, солнышко, папа теперь будет жить с нами. Ты не против?
- Нет, конесно! Надо Владу сказать, сто тепель у меня есть папа, - обрадовано подскочила с кровати девочка и бросилась обнимать обоих. – И тете Белле.
- Белла, - внезапно вспомнила про подругу Реджи.
За всеми волнениями последних недель, девушка совсем забыла, что так и не связалась с подругой. А та ведь первой не позвонит, решит, что Орлова не захочет ее слышать, считая виноватой.
Да, вначале, девушка так и решила, но, адекватно все разложив по полочкам, поняла, что Бель просто не могла все это подстроить. Хотя бы потому, что не знала, кто есть отец Ксюши. Да и удивление, написанное на лице мисс Кроуфорд в момент «знакомства» брата с Региной, было неподдельным. За прошедшие годы Редж научилась различать, когда Белла притворяется, а когда искренна. И в тот момент она была шокирована так же, как и ее подруга.
- Она все понимает, - успокоил любимую Дар, обнимая за плечи. – Просто поговори с ней, а то она боится, что ты не захочешь теперь ее знать. Не ругайся на нее, в конце концов, если бы не она, мы не встретились бы снова.
Время, проведенное всей семьей, стало откровением для Регины: Дарем так органично вписался в их семью, что казалось, будто он всегда был с ними. Естественность и искренность сквозили в каждом жесте, в каждом слове, которое он говорил им с Ксюшей. Но почему, почему он тогда не вернулся к ней? Почему он не вернулся, если знал, что она ждет его? Пусть он не знал о дочке, но разве она не была настолько дорога ему, чтобы вернуться?
- Что случилось, Рыжик? – его улыбка затмила все мысли, которые мешали наслаждаться покоем и временем, проведенным с семьей. Дар присел на подлокотник кресла, на котором сидела девушка.
- Ничего.
Но он не был бы тем единственным, кого она, сама не подозревая этого, ждала несколько лет, если бы не мог понять, когда она пытается утаить правду.
- Рыжик, не лги. Что произошло? Что-то дома?
- Нет, - она щекой потерлась о ткань его футболки. Тело его мгновенно напряглось, реагируя на неосознанное движение, а глаза зажглись желанием, которое всегда в нем вызывала эта вредная леди.
- Признавайся!
- Все не могу перестать думать, почему все получилось так? – тихо произнесла она, не глядя на любимого. Да, она простила, не зная ничего, но так и не смогла понять. – Мне просто нужно понять, чтобы… чтобы такого не произошло больше.
- Этого и не случится, - его губы прижались к ее волосам. – Я никогда не оставлю тебя.
- Конечно, не оставишь!
- А с чего ты так в этом уверена? – лукавые огоньки сверкали в его глазах.