На это господин, слегка прикрыв свои очи, счастливо и озорно улыбнулся, перепрыгивая с одной ступеньки одного магазина на другую, на пол, следом на мостовую, на ступеньку другого магазина и так далее, таким образом кружась в незамысловатом танце.
— А что вывело нас наружу, если не этот прелестный, потрясающий вид? Разве мы здесь не затем, чтобы дышать городскими красотами, просто гулять и видеть обыкновенные вещи? Это ведь так удивительно!!! Когда ещё можно заметить столько разных по своей сути и профессии людей и не только, находящихся в одном месте? — в очередной раз прыгнул он на мостовую и, выставив руки, указал на городскую площадь, где царила будничная жизнь торгового города. — Вон там стражники, там наёмники, там работники гильдии, там фермеры, там торговцы, там... — и оживлению его не было видно ни конца ни края, будто всё его существо и вся его энергия была отдана этому одному единственному моменту.
— А, ну да, а как же ещё… — буркнул Нерд, насупив брови и закатив глаза, — будто бы могло быть ина-… Аугх… Сестра!
— Нам нужно серьёзно поговорить, — дёрнула до того смущённо глядевшая на меня — чего я, кстати, в упор не замечал — Эллис Нерда за ухо и потащила за собой. — Поговорить о твоём бестолковом поведении. Кажется, ты не понимаешь с первого раза. Извини, Дукс. Прости, Арравел, — после чего глянула на нас с юным господином мягкими глазами и отвела своего брата в сторону, буквально на пару метров, опустила его голову и о чём-то с ним зашепталась.
«Мне кажется, или я услышал нечто вроде "сегодня утром" и "дерзай, сестрица"? Странно, конечно. Наверное, послышалось, — пожав плечами, вздохнул я с облегчением, — не ссорятся, и то хорошо".
Интересно... а что было бы тогда, когда бы я здесь не стоял? Когда бы умер я лет десять тому назад или случись со мной что-нибудь страшней простой лишь смерти?
Что было бы тогда? Когда бы я не встретил вас?..
— Что-то не так, Дукс? — сказал юный господин, резко остановившись и повернувшись ко мне. — Ты будто бы устал. О чём-то задумался?
— Н-нет, ничего, — покачал я головой, прогоняя наваждение. — Я в порядке.
— Понятно… надеюсь, ты не лукавишь. Хи-хи. О, смотрите, там продают жаркое, такое ароматное.
Уже убежал? Быстро же он... Его можно понять.
Господин Арравел впервые выбрался из особняка. К тому же вместе с нами, простолюдинами... его друзьями. Интересно, мы трое походим на сопровождающих? Конечно нет, скорее, нас примут за группу друзей, если будут судить по одёжке. Но от внимания, которое он привлекает, всё же немного неловко, да и, что уж там, его поведение уже само по себе подливает масла в огонь...
Но ладно уж. С этим ничего не поделаешь. Как-никак, видеть эту суету из окна и быть её частью — разные вещи. Хочется всем этим вдоволь насладиться. Странно, что такой образованный, пускай и молодой аристократ никогда не выходил на улицу. Мне казалось, что его превосходительство был обязан показать своему сыну городскую жизнь. А у Арравела вообще есть представление о том, как нужно разговаривать с людьми? Хотя он хорошо держался и при нашей первой встрече…
Но взрослые и дети ведь отличаются друг от друга, верно?
— Здравствуйте. Извините, можно немного этого мяса, пожалуйста, — подойдя к прилавку, вежливо обратился господин к жилистому мужчине с лысой головой, указывая на первый ряд мясного сбора.
Человек этот был ростом под метр восемьдесят, если не больше. Улыбался он искренне, от уха до уха, но не так, чтобы гротескно, хотя и выглядел угрожающе. И его крепкие литые мускулы переливались оттенками бронзы под лучами Стелласа, несмотря на проступающую на голове мужчины редкую седину. И подле него покоился, прислонившись к стене, длинный, увесистый двуручный молот, что стоял здесь явно не красоты ради.
Мужчина нахмурил глаз, щурясь и одаривая своего юного клиента оценивающим взглядом, и окажись я на месте Арравела наверняка бы смутился. Но господин, похоже, не обращал на это внимания, то ли этого не замечая, то ли не испытывая с этим каких-либо трудностей и впечатлений. Наоборот, как показалось мне, он даже просиял от предвкушения.
«Иногда... его так сложно понять, — вздохнул я про себя, качая головой. — Сегодня утром... зачем он побежал помогать тому парню? Нет, я сам, конечно, тоже встал перед бандитами, но это мой долг. Моя работа. А вот зачем было это делать ему... Никак не пойму».