Рассерженная на саму себя, я продолжила монотонную работу. По моим оценкам, прошло около трёх часов, высота моего мешка практически не уменьшилась, когда в комнату вошли.
Как и следовало ожидать, посетителями оказались те смотрительницы. Мирра сразу вскочила и подхватила меня за руку, чтобы я поклонилась. Тут и стало понятно, для чего она всегда так склоняется к земле: она выше этих дамочек! Правда маленький рост не убавил грозности и ощущения силы на их лицах. Презрительно усмехнувшись, они прошли к мешкам. Мельком взглянув на работу Мирры, охватившей практически четверть высоченного мешка, и прошли к моему. Со спины я не могла увидеть их лица и действия, когда одна из них обхватила меня за шею и, как провинившегося котёнка, стала тыкать в мешок с зерном и что-то выкрикивать. Молодые ростки обтирали щёку, это было ощущение не из приятных. Но хуже него было унижение.
Я действительно чувствовала себя котёнком, нелепым и глупым. Среди гарканья дамочек мне слышалась тихая, словно примирительная, речь Мирры. Она старалась успокоить женщин, и у неё это получилось. Они отпустили мою шею, презрительно фыркнув, и перед выходом воздав порцию нравоучения девушке.
Когда дверь захлопнулась, она помогла мне с работой, и последующие посещения надзирательниц прошло без происшествий. Спустя какое-то время на склад взошла другая девушка, так же одетая в униформу, и мы вместе пошли на прежний этаж, но в соседнюю комнату.
Такая же чистая и светлая, как и место, где я проснулась, она была больше и более вытянута в длину. Вдоль входа стояли два длинных стола с лавками, в противоположной стороне некое подобие раздаточного пункта. Мирра и её подруга оставили меня за столом, а сами пошли к стойке.
На самом деле, я жутко хотела кушать, не могу вспомнить, когда в последний раз ела! Ах, точно, это был тот чудесный фрукт n-ное количество дней назад.
Девушки принесли с собой 3 порции однородной каши молочного цвета, яблоки и воду. Всё это находилось в рыжеватой деревянной посуде, а ложки из того же материала напоминали об устаревшей глиняной утвари, которую проще встретить в музее, чем в чьём-либо доме. Еда казалась просто божественной, хотя моему животу на тот момент подошли бы даже объедки. Пока мы кушали, подруга Мирры обратилась ко мне на непонятном языке, но её перебила моя знакомая, похоже объясняя мой недуг. Она печально посмотрела на меня и погладила мою руку, ещё более выражая своё сочувствие. Я улыбнулась ей в ответ, хотя и не хотела, что бы ко мне как-то по-особенному относились.
После принятия пищи мы вернулись в комнату, с которой начался мой день. Там уже сидели две девушки, которые сразу любезно объединили свой разговор с присоединившимися. Девушки собрались в их импровизированном кругу, а я присела на «свою» кровать напротив.
Я предположила, что настал «конец рабочего дня», однако лучи солнца точно так же освещали комнату.
Девушки, пришедшие в комнату до нас, не обращали на меня никакого внимания, и я могла спокойно прислушаться к их разговору и присмотреться к четвёрке. В квартете центральным лицом была подруга Мирры (как выяснилось, её зовут Аня), очень артистичная, она завязывала разговоры и часто рассказывала истории. Мирра же большую часть времени молчала и улыбалась, глядя на Аню. Смысл их речей, как и раньше, ускользал от меня, и вскоре бессмысленное лепетание сморило уставшее тело.
Спала я без сновидений, и, к моему удивлению, меня разбудила Мирра, когда я была под одеялом в одной ночнушке. Она помогла мне собратья, и все пятеро вместе вышли из комнаты. Этот день, как и следующий, я вела монотонную работу на складе, лишь с некоторыми перерывами. Все обитатели здесь владели каким-то расписанием, они точно знали, когда и что делать, без часов и подобного. Я практически не видела остальных жителей комнат, кроме ещё одной четвёрки, что мы однажды встретили на лестнице, но и они спешили по своим неизвестным делам.
Вечер (послерабочее время – солнце так и не заходило, по крайней мере я этого не заметила) третьего дня принёс свои изменения. Тишина помещений нарушилась после обеда, как зверята после спячки, на всех этажах возникли десятки девушек. Я предположила, что причиной переполоха стал шум, исходящий с улицы. Коридоры были заполнены хихикающими сборищами девушек, которые непрерывно сплетничали о чём-то. Мои соседки тоже не были исключением, они собрались после обеда в коридоре, выглядывали в рамки, до которых я со своим ростом была не в силах дотянуться, и непредставленная парочка убежала в неизвестном направлении, возможно на улицу, ближе к источнику звука.