— Отпусти, — слабо дернувшись, скорее для вида, Джек заглядывает в горящий золотом взгляд, — Мне нужно их предупредить. Что, если нападут, ты ведь сам сказал?...
— Джек, угомонись, ты знаешь, что я терпеть не могу твоих скороговорок, особенно когда ты говоришь одну дурость.
— Да какая дурость, когда действительно серьезная угроза появилась вдобавок к этой Пустоте! Я прошу, мне надо туда! — искренности и чистого переживания в серебряном взгляде достаточно, чтобы Кромешник разозлился еще больше. Эти старые маразматики и трусы его за друга толком не считают, а Джек готов при каждой опасности сразу к ним подрываться.
«И что за мальчишка?» — досадливо думает Король Страха, задумчиво рассматривая решительность в серебристых глазах.
Отпускать Фроста вовсе нет желания, к тому же, он не ответил на вопрос, за который Бугимен сам себя готов прибить. Но сказанного не воротишь, да и по правде не очень то и хотелось. Если захватывать и перетаскивать строптивого Снежного Духа к себе, то уж со всеми вытекающими. А следовательно, предложение остаться было более чем правильным. Но теперь всё решение за Джеком.
— Тогда лети, — только и отвечает Питч, с насмешкой замечая, как Джек чересчур наигранно пытается вырваться из его хватки.
— Нет, — замерев, Дух Веселья отворачивается и, видимо переборов себя и приняв какое-то явно тяжелое для себя решение, прямо дополняет: — Я с тобой хочу. Не хочу появляться там один.
— С чего бы вдруг? Так боишься? — едко цепляет Кромешник, в свое удовольствие наблюдая за совсем сбитым с толку Фростом.
— Да нет же… Просто так спокойней и…
— Джек, не забыл, что для всех остальных мы по-прежнему враги, пусть и неофициально сейчас, но уж по прошлому точно?
— Помню. Всё помню. Но все же... — беловолосый парнишка поднимает голову и смело смотрит в холодный взгляд напротив, — Сейчас мы уж точно не враги и не хочу, чтоб когда-либо становились ими вновь.
— Ты подумал? — вопрос задается грубо, быстро, и вообще не относится к данному разбирательству, но нервирующий Короля.
— Еще нет. Дай мне время.
— Сутки, Джек. Не больше, — Питч недовольно замолкает, смирившись через силу и действительно обещая больше не спрашивать. Ледяной Дух должен сам, без всякого давления, понять и принять. А пока, Король лишь приказывает Кошмарам собраться, подготавливает тени и отдает приказы. Одно из облаков тьмы услужливо формируется возле него и черной пылью осев на ладонях, отдает надежно спрятанный посох, который сразу же передается в холодные руки Ледяного Духа.
— Пошли. Заглянем к твоим друзьям.
— Они не… мои, — погладив холодное дерево, грустно бурчит Джек, стараясь не сталкиваться взглядами.
— Да неужели? — язвительно переспрашивает Кромешник, привычно притягивая к себе Фроста и исчезая вместе с ним во тьме.
Они решили не устраивать ничего показательного. Просто Джек «случайно» прилетел в тот момент, когда Король Кошмаров уже устроил разбирательство с полным составом Хранителей на верхних этажах замка Северянина. Переигрывать Бугимен не стал, и просто пришел якобы поговорить и высказать свое недовольство медленной подготовкой к завершающему бою, и невзначай рассказал о новых существах Безликого. Как раз в этот момент разговора Джек и приземлился в зале, удивленно смотря на Хранителей. Возможно, со стороны остальным показалось, что молодого Духа Зимы удивил визит грозного и ужасно Черного Духа, но на самом деле Фрост подивился тому, насколько отвык от друзей и этого места так такового. И здесь действительно было холодней, чем дома у Кромешника.
Начались сразу же расспросы, где он был, где пропадал. Туоф летала между остальными, испуганно поглядывая на Кошмаров, Северянин и Кролик враждебно посматривали на Кромешника, а тот только смерил юного Хранителя пренебрежительным взглядом. Да и Джек постарался сразу уйти к стороне друзей, играя в легенду, что они по-прежнему старые враги. Но этого так не хотелось, ему до острых игл льда под кожей хотелось быть рядом с Бугименом. Хотелось знать и чувствовать, что он стоит позади него и закрывает тьмой и щитами из тени.
Фрост припомнил защищенность которую ощущал с Хранителями и совершенно без умысла сравнил с тем, что он чувствовал когда рядом оказывался Кромешник. Итог его шокировал, и если бы не ситуация, то Дух Зимы скорее всего отключился от внешнего мира на пару минут, так, чтобы осмыслить.
Разрозненное чувство — острое и разрывающее, совсем противоречивое, и он теперь видел — при всех словах и заверениях, у него никогда не было нормальной защиты от Хранителей. Каждый что-то делал, защищая общую группу, но в итоге, если разложить каждое действие, каждый защищал только себя. Северянин не кидался закрыть его саблями, Песочник не создавал щитов, а только бил бичами, йети... да они носились вокруг, только поднимая неразбериху и неуклюже стараясь прогнать врага, а Фея… Да что могла сделать Туф? Она слабая, только летала, и испуганно вскрикивала, путая остальных.
Если бы такие мысли появились у него раньше, то Джек подумал бы, что непроизвольно переходит на злую, какую-то совсем темную сторону, жестоко осмеивая качества защиты друзей. Но на данном этапе и в постоянном обществе Короля, молодой Дух Холода мог теперь понять, почему так бесится Бугимен, когда сталкивается с Хранителями. И главное все его едкие эпитеты теперь казались Джеку правильными и четкими. Ни слова лжи… И кроме многовековой неприязни и ненависти, холодный и взвешенный перечень недостатков, который Джек раньше бы и не заметил.
Но отвлечься в запутанные мысли никак нельзя. И в пол уха послушав о том, какие силы Хранители тратят на создание ловушки, и что возможно, только возможно, прислушаются к словам Короля Кошмаров о новых марионетках Безликого, Фрост непроизвольно отстраняется ото всех, уходя в даль залы медленными шагами. В противном случае, если он словит хоть один взгляд Кролика или подметит бумеранги, которые тот собирается запустить в Кромешника, то не выдержит и заступится, причем именно за Короля.
Время для рассуждений, что правильно, а что нет, давно вышло, и он давно всё осознал. Боль остается и несколько тысяч вопросов в придачу, но мнение поменялось, ровно, как и отношение. Джек мимолетно, так, чтобы защитники веры ничего не поняли, смотрит на увлекшегося спором Кромешника, и полностью уверен в своем ответе. Как только они покинут Хранителей, и он вновь без опаски встретится с золотистым взглядом, он скажет — «да»
У Фроста с давних времен были разные временные прибежища, но по-большинству он любил горы, однако постоянного убежища, и уж тем более дома, у него не было. Даже после зачисления в официальные Хранители, у него не появилась собственная крыша над головой. И, как иронично, теперь его постоянным домом можно будет назвать теплые подземелья Короля Кошмаров...
Шумиха творившаяся в зале продолжается, но, как всегда, в роли главного от Хранителей выступает Санта, и упрямо продолжает ссориться с Королем Кошмаров. Затягивая спор никто ни к чему так и не приходит, и вновь острые, но где-то правильные, высказывания Кромешника кажутся другим лишь незаслуженными оскорблениями. Хранители с единственным с чем согласны, так это с сильной угрозой, которая завела себе соратников, точнее сказать, развела. И даже Северянин и Фея не смогли ответить на четко поставленный вопрос: «Где Безликий выхватил сколько силы за один раз, что теперь способен создавать себе помощников?»
Глобус мерно крутился, создавая сухой скрип, йети неприветливо бурчали и лениво ходили по всему замку, а юный Дух Холода неожиданно пропал из общей залы. Словно его и не было до этого. Но никто не замечает пропажи, пока горящий желтым злой взгляд не проходится по всему помещению.
— Где Джек? — холодно обрывает последний эпитет Северянина Бугимен, выискивая взглядом Снежного Духа. Ему совершенно плевать, как остальные отреагируют.
Главное было то, что в зале мальчишки не было и его присутствие Король Кошмаров не чувствовал. Немедленные мысленные приказы были даны всем теням и части Кошмаров. Хранители тоже заозирались, забыв о ссоре и выискивая юного Духа Веселья. Ни прошло и минуты, как к Северянину подбежал лохматый грузный йети и что-то начал бурчать, показывая на шар в руке.