Неожиданно слышится перепуганный вскрик Феи, и это пугает Джека больше чем летящие в него прозрачные ножи. Посох в другой руке, но он даже толком не обернувшись к опасности, на автомате выставляет правую руку вперед, магией создавая плотный льдисто-серебряный щит, в котором исчезают с десяток прозрачных ножей. Благо окружающие разбились на две части, и если Хранители не видели того что сделал Джек, сосредотачиваясь на Фее, то Безликий отлично разглядел силу, что показал Зимний Дух, впрочем, свидетелем этого был и Кромешник, одобрительно оглядывая Снежного Духа.
Но причина выкрика Хранительницы Памяти была более чем существенна, и кричала она не из-за себя, а потому как два прозрачных шара, которые предназначались Николасу были остановлены скрещенными саблями, но вот последствия… Фрост задержал дыхание, наблюдая, как лунный свет сабель меркнет, а сам металл прожигается, словно на него вылили кислоту.
— Не дайте себя задеть, его сила стала немного опаснее! — выкрикивает Банни, закрывая временно шокированного Хранителя Рождества.
— Фрост! — раздается совсем рядом, и пока несколько Кошмаров и тьма отделяют его от Хранителей, Кромешник оказывается рядом, — Не дай себя задеть! Теперь его оружие по-настоящему опасно, если заденет, последствия будут слишком глобальны. Передай этим идиотам, если хоть одно его оружие попадет в сердце... они умрут. Просто исчезнут.
— Что?.. Но как?
— Не сейчас, Снежный. Пора заканчивать, Хранители скоро выдохнутся, и, судя по всему, растеряли боевой настрой. А сдерживать его одними тенями…
— Я понял. Давай удвоим атаки, как в первый раз, над озером, — Джек сосредоточен и дождавшись кивка, отлетает от Кромешника, вовремя разворачиваясь и заслоняя ледяным щитом Хранителей, и шквал острых белых игл их не достает. Пустота озлобленно шипит, но всё тоже электронное эхо разносится в боевом хаосе.
Джек злится, наносит сильнейший удар и попадает наконец запалом магии в грудь Пустоте, прожигая прозрачное тело обжигающим льдом. Это срабатывает на редкость лучше всех остальных ударов, и на время потерявшись, прозрачный Дух не может ответить, обескуражено собирая свои силы и с яростью смотря на Ледяного. Но Фросту некогда играть в гляделки, он четко понимает слова Бугимена, потому в следующий шквал льдисто-серебристых атак приходится на мешающихся прозрачных сущностей. Вновь срабатывает и многие прозрачные рассеиваются, а те что еще остались, теперь пытаются защищаться от трех стай диких кошек-Кошмаров, что не подпускают марионеток к своему хозяину. Хранители тем временем перегруппировались, и, вроде, даже Николас взял себя в руки, решив действовать механическими шарами и кристаллами, с напичканной в них магией.
Бой продолжается, но очевидно для всех, что с минуты на минуту всему придет конец. Дух Пустоты потерял своих подчиненных и силу собственную так же, и слишком многие его атакуют прямыми мощными ударами. Из-за того, что сущности Пустоты исчезли, и такого хаоса больше нет, Джек не может использовать блоки и атаки без своего посоха. Отчего-то подсознание строго-настрого запрещает ему показывать при Хранителях свою силу. Впрочем, и с посохом он неплохо справляется, даже лучше, чем когда-либо прежде, к тому же, у него всегда поддержка за спиной и на руке. Тень защищает не только расползаясь в защитной броне по запястью, но и тьма, что распространилась по всему диапазону боя, словно специально клубится больше возле Джека, и он знает — в случае чего она обязательно прикроет.
Бой обрывается слишком быстро — Дух Пустоты противно рычит и исчезает вместе с белой вспышкой света. Только Джек запоздало понимает, что ударная волна, кругом начавшая распространяться, поглощает всё в своем белом свете. Последнее что он слышит — выкрик Кролика, и его больно дергают в сторону за ворот толстовки, а после наступает темнота.
— Черт… — обессилено стонет Фрост, понимая что лежит на снегу, сжимая в правой руке свой посох и у него до ужаса болит всё тело и голова.
— Живой? — слышится совсем близко голос Короля Кошмаров.
— Как Дух? — едва слышно шутит Джек, но после недолгой паузы проговаривает:
— Вроде… Что случилось? Где Хранители? — Джек открывает глаза смотря в черное небо, которое переливается из-за усыпанных в нем звезд и не может понять, где они оказались. Но всё-таки делает попытку подняться, несмотря на всю усталость и неприятные ощущения в теле. Словно по нему асфальтоукладочный каток проехал.
— Наша нежить решил своим последним номером выжечь всю силу и за одно намеренно раскидать по разным континентам. Благо я тебя успел схватить, — Бугимен, до этого стоявший и прислонившись к стволу огромного дерева, отходит от него и подходит к Джеку, — Мы сейчас в Северной Дакоте, часть Хранителей еще в Средней Азии, Песочник в Африке, а кенгуру попал в Альпы.
— А нежить где? — Фрост хмурится, дотрагиваясь до своего затылка, и старается припомнить последние секунды, до того как он выключился. Ведь ощущения такие, словно его не слабо приложили головой об камень…
— Нежить на одном из островов в Тихом Океане. Чертов показушник нашелся… — Король Кошмаров стоит недовольный, и можно было назвать его злым, но вся та же усталость давала о себе знать, на нет сводя всю злобу.
— Всё, Джек, Хранители разберутся без тебя, в противном случае подумают, что ты прилетишь позже, а значит давай домой, — и больше не желая находиться в непонятном лесу, Бугимен ловко подхватывает беловолосого парнишку под руку и немедленно исчезает, в ту же секунду появляясь в знакомых и защищенных подземельях.
— Теней стало больше… — тихо констатирует Фрост, чувствуя, как чернь тьмы клубится под ногами и на стенах в знакомой, почти любимой, смежной зале.
— Нужно больше, намного больше, — Черный Дух, осмотрев не изменившийся интерьер, отходит на шаг назад, прислоняясь к холодной стене и медленно сползая по ней на пол. Джек следует его примеру, ибо стоять нет никаких сил. Впрочем, как и соображать.
— Это было... слишком, — в полной тишине спокойно произносит Дух Зимы, не особо заморачиваясь над эмоциональным тоном, сил и энергии возмущаться, злиться и удивляться не было. А в бою ему казалось, что его хватит еще минимум на пол ночи хорошего сражения.
— Согласен, Снежный… Не предполагал, что у этого чертового Духа Пустоты в когтях окажется такая сила. Бездна, и где он только её взял? — Питч неверяще усмехается и, наконец, расслабляется, свободней прислоняясь к камню стены, — Во всяком случае теней на разведку я выслал.
— Всё, не могу… — Джек, вымотано осмотрев знакомую залу, пододвигается ближе, и осторожно наклонившись в бок, ложится на пол, кладя голову на колени Черного Духа. В густом сумраке слышится хриплый смех Кромешника, а его рука осторожно касается головы парнишки, перебирая длинными пальцами белые волосы.
— Мальчишка… — со смешком, сипло произносит Питч.
— Пусть так, — Джек прикрывает глаза, глубоко выдыхая и позволяя себе расслабиться, выпуская из онемевших пальцев посох.
— Теперь ты должен будешь быть осторожен, Джек, сила этой твари выросла до максимума.
— Знаю…
Кромешник невесело усмехается и сам устало откидывает голову назад, касаясь холодной стены. Тишина не давит, а тени не нависают ужасными силуэтами отовсюду. В зале тепло и по-обыденному спокойно. И для Зимнего Духа сейчас не существует ничего лучше. И пусть он чувствует себя весьма паршиво, у него временно нет никакой энергии и неизвестно, как сражаться дальше, сейчас он именно там, где хочет быть, а главное с тем, с кем хочет быть.
Ему нравится тепло чужих пальцев, уверенно поглаживающих волосы, нравится лежать вот так близко, чувствуя едва заметное шевеление тьмы совсем рядом, нравится быть полностью защищенным, учитывая, что самый могущественный Черный Дух сейчас настолько близко. А самому Черному Духу нравится общество Ледяного. Он медитативно перебирает белые пряди шелковых волос и думает, как больше не пускать этого, теперь лично своего, мальчишку больше к Хранителям. И самое положительное, что может быть после выматывающей битвы — вот такая доверительная близость Снежного, который из-за усталости сбросил свои ледяные иголки и показывает себя настоящего.