Усталые имперцы продолжали путь к «Четырем девяткам». Барбюс показал Бауну большой палец, и УФ-400 мгновенно ожил: замигали навигационные огни, засиял маяк КА'ППА. Три других «Уэйкфилда» тут же последовали его примеру.
Подойдя к маленькому кораблю, Брим пропустил вперед Труссо, затем Морган и Барбюса. Прежде чем подняться по трапу и задраить люк, Брим в последний раз махнул астронавтам на палубе. Заметив, что Кермис занята приемом Морган, он прошел на мостик, где Труссо и смышленый на вид молодой суб-лейтенант уже заняли свои места. Барбюс, устроившийся в кресле второго рулевого справа, начал проверку систем, затем с улыбкой оглянулся:
— Эй, Баун, ты уже всё проверил!
— Разумеется, чиф, — ответил юноша. — Нам нужно будет без промедления запросить энергию у адмирала Молдинга и, пожалуй, починить правый гиперэкран, но в остальном машина готова к взлету. Ах да, тут сообщение из имперского дворца лично для лорда Брима.
— Где оно? — удивился Брим.
— Пришло по открытому каналу, — ответил Баун, — с пометкой «только для голосовой передачи», лорд Брим.
— Хорошо, суб-лейтенант, — сказал Брим. — Давай послушаем. Что-то мне подсказывает, что оно не из разряда секретных.
Баун поднялся на ноги.
— Император сказал — цитирую, — начал он, и его щеки заметно порозовели: — «А ну-ка живо тащи свою задницу обратно на Авалон, бездельник. После такого отпуска у меня есть для тебя и чифа серьезное дело». Подпись — «О».
— И это всё?
— Это всё сообщение, милорд.
Войдя в кабину, Брим замер перед сдвоенными пультами. Какое-то время он стоял в раздумьях, глядя сквозь передние гиперэкраны, но его взгляд был устремлен куда-то далеко — и во времени, и в пространстве. Лишь после долгой паузы он забрался в левое кресло и посмотрел на Барбюса, который, посмеиваясь, проверял управление.
— Надеюсь, ты чувствуешь себя отдохнувшим, шкипер, — сказал Барбюс, явно изо всех сил стараясь сохранить серьезное лицо.
— О, безусловно, — проворчал Брим с напускным раздражением. — Онрад никогда не дает нам, гражданским, передышки. — Затем он откинулся на спинку и хмыкнул. — Ладно, искатели приключений, давайте подлетим к Тоби и выразим почтение, чтобы он мог похвастаться своей новой игрушкой...
* * * *
Ширра привалился к переборке рядом со Стаффордом и техниками НАСА, наблюдая, как пришельцы уходят к своему кораблю. Чуть поодаль Хартли стоял почти по стойке смирно, ведя прямой радиорепортаж для президента Джонсона.
Ошибиться было невозможно: пришельцы выглядели измотанными. Ширра чувствовал то же самое. Когда четверка подошла к своему кораблю, люк открылся, и кто-то изнутри спустил трап. Ширра усмехнулся про себя. Будь это научная фантастика, трап выдвинулся бы автоматически. «Кое-что никогда не меняется», — подумал он с усмешкой.
«Эти пришельцы строят внушительные машины», — размышлял он. Даже эта малютка была размером с 83-футовый торпедный катер ЭЛКО, которые он помнил еще ребенком. Он закрыл глаза, гадая, каково это — летать на такой штуке, а затем покачал головой. «Всему свое время, — напомнил он себе, — всему свое время...»
Его взгляд переместился на несколько миль в сторону от упорядоченного хаоса полетной палубы туда, где скользил колоссальный звездный корабль. Он шел вровень с «Уоспом», продавливая в море впадину, в которой могли бы уместиться пять таких авианосцев. Ну и денечки выдались! А этот пришелец по имени Брим, целый лорд Брим, ни много ни мало, был так впечатлен их простеньким сближением с «Джемини-7». Ширра рассмеялся про себя. Что ж, его крошечный корабль «Джемини», может, и не чета машинам пришельцев, но, черт возьми, это было чертовски неплохое начало в великой гонке за лидерами
Световой день в это время года был довольно коротким, и небо быстро темнело. Ширра наблюдал, как один за другим гаснут огни в кабинах инопланетных машин. Вскоре со стороны угольно-черного корабля донесся прерывистый рокот, и из его правой гондолы вырвалось мерцающее, искрящееся облако, а следом прозвучал громоподобный органный аккорд. Почти сразу такой же рокот издала левая гондола, выпустив свое облако и издав торжественный аккорд. Для ушей Ширры это звучало как музыка.
Когда три остальных корабля тоже запустили двигатели, их гул слился в единый синхронный гром. Астронавт непроизвольно взглянул на кольцо, которое выменял у Брима: крылатая комета на синем камне ярко сияла! Он рассеянно гадал, что значат стертые руны вокруг камня, и улыбнулся, подумав, что Брим сейчас наверняка задается тем же вопросом по поводу его кольца.