— Знаешь, чиф, — предложил Брим, — если мы развернем корабль прямо сейчас, то, возможно, сумеем избежать того, что нас ждет.
— Если бы у нас не заканчивалась энергия, это была бы отличная идея, — согласился Барбюс с невеселым видом.
— Да уж, — вздохнул Брим с напускной покорностью, — есть такая маленькая проблема с энергией. Ну что ж, бывали мы с тобой в переделках и похуже, верно?
— В этот раз, шкипер, — отозвался Барбюс, — я бы не стал делать ставки.
Брим проверил обзор по корме, чтобы убедиться, что оставил достаточно места для трех остальных истребителей, а затем мастерски подвел «Четыре девятки» к причальной стенке. Едва корабль коснулся опоры, его тут же окружила дюжина матросов, готовя судно к подъему в док.
— С генераторами закончил, Чиф, — сказал Брим.
— Гравигенераторы отключены, — подтвердил Барбюс.
Старые друзья на мгновение замолчали, каждый погрузился в свои мысли. Наконец Брим нарушил тишину:
— Пошли встречать реальность, Чиф.
— Реальность? — Барбюс выбрался из своего кресла. — Что-то мне всё меньше и меньше нравится эта штука под названием «реальность»...
* * * *
Капитан Надя Труссо на ходу помахала Вилфу Бриму, которого усадили в один из черных лимузинов-скиммеров в ту же секунду, как его сапог коснулся мостовой. Неподалеку её собственный лимузин ждал, чтобы отвезти её обратно на «невидимку», но ей нужно было подчистить еще один хвост — и времени на это оставалось в обрез.
— Серена, — сказала она, — я уверена, ты понимаешь, почему те двое из Секретной службы направляются сюда.
— Догадываюсь, — холодно ответила Морган. — Мне остается только пройти через это. В конце концов, за это путешествие я не совершила ни одного преступления.
— Вот и хорошо, — одобрила Труссо. — Придерживайся своей легенды, и, думаю, ты без труда проскочишь любые допросы. Как у тебя с наличными?
Морган улыбнулась:
— Сейчас я на мели, но это поправимо, как только доберусь до банкомата.
— Вот, возьми, — Труссо вложила в руку Морган увесистый рулон кредитов. — На случай, если банкомат поблизости обнаружится не сразу.
Глаза Морган округлились.
— Э-это очень любезно с твоей стороны, Надя, — произнесла она. — Особенно учитывая, что ты знаешь, кто я такая.
Труссо предостерегающе подняла руку, останавливая двух агентов, которые уже почти подошли к ним, и указала на капитанские нашивки на своем флотском плаще. Те замерли как вкопанные.
— Помни вот о чем, сестра, — продолжила она вполголоса. — Мы, профессионалы, должны держаться вместе. Всегда.
— Я буду на связи, Надя, — пообещала миниатюрная женщина. — Тем более теперь я твоя должница. Мы, лампсониты, никогда не забываем о долгах.
Затем она небрежно козырнула и повернулась к правительственным агентам:
— Господа, исполняйте ваш долг!
После этого Труссо подошла к Барбюсу.
— Ну что, чиф, — сказала она, обнимая его за мощную руку, — очередное приключение Вилфа Брима подошло к концу, и мы все снова выжили. Включая самого Вилфа.
— Точно так, капитан, — тепло улыбнулся Барбюс. — Но в этот раз мы прошли по самому краю, куда ближе, чем мне бы хотелось. Если бы не адмирал Молдинг, мы бы до сих пор куковали на том авианосце, пытаясь играть в кре'эль без карт. — Он на мгновение покачал качал головой. — Нам нужно вернуть его во флотский плащ, пока он окончательно себя не угробил.
— ...И не утянул нас всех за собой, — со смешком добавила Труссо.
— И это тоже, — согласился Барбюс, возведя глаза к небу. — Но я не думаю, что император будет и дальше терпеть нынешнее положение шкипера. Брим нужен ему в самой гуще событий, а не на скамейке запасных, где он прозябает после того липового трибунала.
— Чиф, — Труссо коснулась руки Барбюса, — ты же знаешь: если я чем-то смогу помочь, я всегда рядом.
— Ты это доказала, когда прибыла сюда, в «ТопЛайн».
— Закст! — рассмеялась Труссо. — Я едва не пришибла тех двух правительственных остолопов, которые меня «похитили».
— Досадно вышло, — заметил Барбюс. — Но когда Онрад спешит, он обычно спешит очень сильно.
— Всё закончилось хорошо, а это единственное, что имеет значение, — подытожила Труссо.
Затем, встав на цыпочки, она запечатлела долгий поцелуй на щеке Барбюса и направилась к своему лимузину. Она с облегчением отметила, что люди, приехавшие за ней, не те же самые, что забирали её в прошлый раз. Тем не менее было более чем очевидно: они относятся к ней так, словно она — живая ручная граната. Это заставляло её улыбаться всю дорогу до «невидимки».