Глава 38
...Серена Морган
В КОСМОСЕ, НА БОРТУ СПАСАТЕЛЬНОГО ПУЗЫРЯ № 3, 33 ТРИАДА 52017 ГОДА
Проснувшись в крайне неудобной позе, Серена Морган резко вскинулась; её сны были полны пламени, взрывов и предчувствия неминуемой гибели. Медленно открыв глаза, она неудержимо задрожала в тусклом свете, пока не вспомнила, где находится — в спасательном пузыре! На такое она не рассчитывала.
Всё еще облаченная в мешковатый боевой скафандр, который она в панике схватила во время взрыва, Серена повернула голову влево, насколько позволял шлем, но уперлась лишь в металлическую стенку. Повернувшись в другую сторону, она увидела человека, которого знала под именем Вилф Брим: он сидел в одном из кресел спасательного пузыря и пристально наблюдал за ней. На нем был комбинезон, а не боевой скафандр, в котором он, должно быть, вытаскивал её на борт перед тем, как «Пурпурная Эбигейл» разлетелась на куски.
— Вы дышите воздухом? — окликнула она его и тут же прикусила губу, чувствуя себя глупо и очень испуганно.
— Дышу, — ответил человек по фамилии Брим. — Готов поспорить, что вам будет куда уютнее, чем в этом безразмерном скафандре.
— Я бы не отказалась, — заявила Серена. — Но я его еле натянула и понятия не имею, как снять.
— Не возражаете, если я помогу?
— Буду только рада, — сказала она. Брим подошел к ней.
— Сможете сесть? — спросил он.
Серена сделала попытку приподняться, но тут же откинулась назад.
— Думаю, мне понадобится серьезная помощь.
Брим помог ей сесть, затем перекинул её ноги через край койки.
— Держитесь, — сказал он. — Сейчас снимем шлем.
Он повернул шлем почти на треть оборота и снял его. В лицо ударил прохладный воздух, разогнав духоту скафандра.
— Привет, — сказал он, отступая на шаг. — Я Вилф Брим.
Она криво усмехнулась.
— Что ж, — произнесла она, — в качестве знакомства скажу: я определенно не та, кем кажусь.
— Ладно, — Брим приподнял бровь. — Тогда... кто же вы?
— Меня зовут Серена Морган, — ответила она. — И, как вы сейчас убедитесь, я вовсе не та старуха, за которую вы меня принимаете.
Брим отступил еще дальше, выглядя смущенным.
— Я и не говорил, что вы... э-э... Серена.
— Помогите мне выбраться из этого жуткого наряда.
— Вы и сами легко справитесь, — заметил Брим.
— Правда?
— Поверните рычаг на шейном кольце... да, вот этот... на полный оборот, и...
Что ж, это оказалось довольно просто.
— А теперь что?
— Просто потяните застежку вниз до самой талии.
«Боги, на мне же почти ничего не было, когда всё началось...»
— До самой талии?
— Если вы действительно хотите выбраться из скафандра...
— Ладно, была не была... — Подавив смешок, она увидела, как у него поползли вверх брови. «Готов поспорить, это стало для вас легким шоком, мистер лорд Брим. Вам вряд ли доводилось видеть сморщенную старую каргу с таким телом!»
— Гм... Давайте я найду вам что-нибудь надеть, — пробормотал Брим, отворачиваясь, чтобы скрыть краску на лице, и открывая верхний шкафчик. — Посмотрим... Полагаю, вам нужен самый маленький размер?
— В точку, — отозвалась она, окончательно выбираясь из скафандра и с наслаждением почесывая места, зудевшие под жесткой тканью. — Кидайте сюда.
Брим бросил ей комбинезон, не оборачиваясь, а она тихонько рассмеялась про себя. Типичный мужчина: совершенно теряется при виде обнаженной женщины.
Быстро одевшись, она разгладила лицо, возвращая ему истинные черты.
— Ладно, мистер Брим, — сказала она, — можете поворачиваться. — Она с удовольствием наблюдала за тем, как у него отвисла челюсть. — Я же говорила, что я не старуха.
Выглядя совершенно ошарашенным, Брим пожал плечами.
— Ну, сейчас это более чем очевидно.
— И тогда тоже, — отрезала она. — Это была маскировка.
— ...Весьма удачная, — признал Брим, всё еще краснея. — Вы меня обвели вокруг пальца. Я был уверен, что вы — та старушка из камбуза.
— Значит, вы меня заметили? — в её голосе прозвучала нотка разочарования.
— Замечать всё — это моя работа, — отозвался Брим. — Я находился на борту как наблюдатель, чтобы понять, можно ли как-то улучшить работу торгового флота.
Серена рассмеялась:
— Похоже, ты заметил куда больше, чем рассчитывал.
— Тут ты права, — признал Брим с кривой усмешкой. Затем он нахмурился: — А как насчет тебя? К чему была эта маскировка?