Новоприбывший корабль покружил вокруг своего собрата, словно осторожный зверь, затем замедлился, когда его нос оказался в каких-то двадцати иралах от другого, и замер. Через несколько мгновений все переговоры между маленькими кораблями прекратились. Морган удивленно приподняла бровь.
Брим пожал плечами.
— Что-то по-прежнему передает данные на планету, — заметил он, глядя на радиодисплей. — Но голосов больше не слышно.
— Может, у них время отдыха? — предположила Морган.
— Не знаю... — начал Брим, но его прервали странные звуки, донесшиеся по каналам, которые они считали голосовыми. — Что это, во имя закста?
— По-моему, это... музыка, Вилф, — Серена выглядела озадаченной. — Исполняется на каком-то очень простом инструменте... а теперь слышны колокольчики. Послушай. У этого есть ритм: дá да да... дá да да... дá де да да дá-а-а-а.
— Да, я слышу, — растерянно подтвердил Брим. — Но при чем тут колокольчики?
Внезапно простая мелодия и звон прекратились, сменившись взрывами того, что могло быть только человеческим хохотом, вперемешку с вопросительными сигналами, идущими с поверхности.
— Понятия не имею, к чему были эти колокольчики, — сказала Морган. — Но я схватываю этот язык довольно быстро. Готова поспорить, под конец это была какая-то шутка. У одного из этих парней отличное чувство юмора.
— Будем надеяться, — ответил Брим, поглядывая в один из боковых иллюминаторов и запуская гравигенератор. — Потому что когда мы снова выйдем на светлую сторону полушария, настанет время познакомиться с нашими новыми соседями поближе.
Наконец суета утихла, и два орбитальных модуля разошлись примерно на десять кленетов. Вскоре все голосовые передачи сменились тишиной, которую со временем вытеснило мерное посапывание.
— Спорю, с переводом этого у тебя проблем не возникнет, — заметил Брим.
— Никаких, — подтвердила Морган. — И, по-моему, это отличная мысль. Если вдуматься, денек выдался долгим.
— Согласен, — Брим внезапно зевнул. — И сдается мне, завтрашний будет куда более суматошным.
— Если мы снова ляжем на одну койку, поспать нам особо не удастся, — с лукавой улыбкой заметила Морган.
— Зато представь, как крепко мы уснем потом, — парировал Брим.
Морган на мгновение задумалась. Затем, выскользнув из комбинезона и сбросив тапочки, она направилась к койке.
— В твоих словах есть смысл, мистер Брим, — сказала она, откидывая одеяло. — На самом деле, это просто потрясающая мысль.
Ухмыльнувшись, Брим последовал за ней...
КНИГА IV
Борода Вута!
Глава 43
...что это, черт возьми, такое?
В КОСМОСЕ, НА ОРБИТЕ ГОЛУБОЙ ПЛАНЕТЫ, 38 ТРИАДА 52017 ГОДА (16 декабря 1965 года)
На борту космического корабля НАСА «Джемини-6А» астронавт Уолтер Ширра повернулся к Тому Стаффорду и нахмурился.
— Э-э, Том, ты видишь вон там то же, что и я?
— А? Что? Где, Уолли? — переспросил Стаффорд, просыпаясь после глубокого сна.
— Вон там, — ответил Ширра, указывая в окно Стаффорда. — Видишь? Тут что-то блестящее... золотое... и оно, кажется, приближается.
— Да, вижу... и... боже правый! Что это, черт возьми, такое?
— Не знаю. На радаре его нет.
— Эй, «Джемини-7»! Фрэнк, Джим! Просыпайтесь! Вы видите то же, что и мы? — запросил Ширра.
В наушниках Ширры раздался голос Фрэнка Бормана с «Джемини-7»:
— О-о-о! Вас понял. Мы тоже это видим. Похоже на сияющий золотой шар. Кажется, он движется к вам.
— Именно так оно и выглядит, — подтвердил Стаффорд. — И у него сверху какая-то надстройка с иллюминаторами. Твою мать! Эта штуковина прет прямо на нас!
— Включаю двигатели системы OAMS! — рявкнул Ширра. — Уходим в сторону!
* * * *
На борту спасательного пузыря Морган вскрикнула:
— Борода Вута! — Она прильнула к гиперэкрану купола. — Посмотри на это пламя! Оно иралов пятнадцать в длину. Похоже, он куда-то торопится?
— Очевидно, мы парня напугали, — заметил Брим. Его пальцы летали по пульту, и неповоротливое суденышко каким-то чудом отзывалось так, словно было гораздо более послушной машиной. В последнее время Серена начала испытывать к своей цели чувства, далекие от профессиональных.
— Не подходи слишком близко, Вилф, — прошептала она вполголоса. — Это пламя меня пугает.
— Не бойся, маленькая подруга, — отозвался Брим, не отрывая взгляда от лобового стекла. — Этот «пузырь», может, и старый, но чтобы его повредить, нужно нечто посерьезнее этих вспышек. Давай-ка подлетим и глянем поближе. У меня предчувствие, что те два скошенных проема у носа — это окна.