— Думаешь, уже можно дышать? — пошутил Стаффорд через несколько мгновений.
— Мы снова обманули смерть, — хмыкнул Ширра, когда индикатор разделения сменил цвет с желтого на зеленый.
— Есть, пункт выполнен, — ответил Стаффорд. — Давай рубить электролинии.
— Рубим, — сказал Ширра, нажимая кнопку-индикатор, чтобы отсечь электрошины. Очередной хлопок в кормовой части адаптера, и свечение лампы сменилось на зеленый.
— Отмечено, — кивнул Стаффорд. — Теперь на очереди сам адаптер, и — вниз!
— Сброс адаптерного модуля, — Ширра нажал на кнопку.
Тут же два мощных кумулятивных заряда сотрясли корабль, отсекая адаптер и отбрасывая его в сторону. Спустя пару тиков индикатор стал зеленым, а модуль медленно поплыл прочь в пустоту.
— Есть, — Стаффорд вычеркнул очередной пункт в списке. — Взводим тормозные ракеты.
— Взвод тормозных, — повторил Ширра. Сосредоточившись, он нажал на кнопку активации автоматики, и та сменила цвет с янтарного на зеленый. — Вижу зеленый. Таймер запущен. Перевожу четыре тумблера запалов в боевое положение.
— Принято, запалы взведены, — доложил Стаффорд.
Оба астронавта не отрывали глаз от панельных часов, отсчитывавших последние сорок пять секунд.
— Приготовься, — предупредил Ширра. — И-и-и... по-о-оехали!
Внезапно показалось, будто маленький корабль, всё еще несшийся со скоростью восемнадцать тысяч миль в час, с оглушительным ревом врезался в кирпичную стену. Инстинктивно Ширра нажал кнопку ручного пуска, дублируя зажигание остальных трех ракет — на всякий случай. В течение следующих двадцати двух секунд, от которых закладывало уши, его и Стаффорда буквально вжимало, вмазывало в кресла, пока корабль стремительно гасил скорость.
— Ого! — воскликнул Ширра в наступившей оглушительной тишине после того, как последняя ракета отработала свое. — Вот это я понимаю — тормоза!
— Аминь! — вставил Стаффорд. — После такого меня из этого кресла только ломом выковырять можно будет!
— Ладно, — сказал Ширра, — давай тогда избавляться от тормозного отсека.
Он перевел тумблер сброса из безопасного положения в рабочее. — Взвожу сброс тормозного отсека.
— Принято, — отозвался Стаффорд. — Тумблер взведен.
Несколько секунд Ширра напряженно ждал, пока индикатор станет янтарным.
— Есть янтарный, — доложил он.
— Принято, сброс в режиме готовности, — подтвердил Стаффорд.
— Теперь зеленый, — сообщил Ширра. — Держись!
Нажав кнопку сброса, он инициировал серию взрывов, которые встряхнули корабль, отделяя и отстреливая тормозной блок. Теперь под ним открылся самый важный элемент — тепловой щит, который должен был защитить их при входе в атмосферу, где они пронесутся подобно метеору.
— Вижу зеленый, — воскликнул Стаффорд. — А теперь посмотрим, насколько близко к поисковому кораблю ты сможешь нас подвести.
Ширра рассмеялся, перехватил ручку управления и перевернул аппарат «вверх ногами», чтобы видеть горизонт.
— Насколько близко? — подначил он. — Просто смотри. Мы сейчас установим рекорд по точности.
И, надо сказать, они его установили...
Глава 50
...крестик на карте
В КОСМОСЕ, НАД ПЛАНЕТОЙ ЗЕМЛЯ, 38 ТРИАДА 52017 ГОДА (16 декабря 1965 года)
Брим и Морган прикрыли глаза, глядя на яркие вспышки тормозных ракет на борту заметно укоротившегося аппарата. Тот резко замедлился, теряя скорость, необходимую для удержания на орбите, и начал по длинной кривой падать к поверхности. Брим последовал за ним в спасательном пузыре, используя гравигенератор, чтобы подстроиться под темп снижения модуля, за которым потянулись длинные, прерывистые языки пламени от теплового щита.
— Что они теперь будут делать? — спросила Морган, завороженно наблюдая за падением крошечного судна. — Кажется, они сейчас сгорят! — ахнула она.
— Не думаю, что это случится, — ответил Брим, успокаивающе положив руку ей на плечо. — Помнишь, у них на лобовой части установлена штука, которую Ширра назвал «тепловым щитом». Хотя, признаться, я бы не хотел сейчас оказаться на их месте в этой жестянке.
Передавая друг другу бинокль, Брим и Морган молча смотрели, как модуль окутывается огненной плазмой — превращаясь в самый настоящий метеор. Это зрелище длилось почти десять метациклов, прежде чем пламя начало стихать. Брим, не веря своим глазам, наблюдал, как аппарат поворачивается вправо и влево, корректируя курс в сторону огромного объекта, показавшегося на горизонте — какого-то корабля.