И если возможно, то даже мечом.
Исполниться должно словам ведь святым:
Христос был причислен к преступникам злым,
И что о Мне писано в годы былые,
Все должно свершиться во дни эти злые».
«У нас два ножа есть», – тут некто сказал.
«Довольно», – на это Господь отвечал.
Потом, как обычно, с семьей Своей он
Из города вышел к горе Елеон.
Прибывши на место, Владыка творенья
Сказал им: «Молитесь не впасть в искушенье».
А Сам, удалившись от них не на много,
Молил на коленах Всещедраго Бога:
«О, если бы, Отче Мой, чашу страстей
Пронес от Меня Ты десницей Своей,
Но, впрочем, да будет в том воля Твоя,
Пусть будешь Ты в этом судьей, а не Я».
И ангел небесный Ему вдруг предстал,
Дух силой нездешней Ему подкреплял.
И был Искупитель в великом боренье,
Но тем напряженней слал к Богу моленье,
Пот крупный на землю с лица Его лил,
На капли он крови густой походил.
Молитву окончив, к своим Он приходит,
Но спящими их от печали находит,
«Отбросьте, – сказал Он, – плотския влеченья,
Молитеся, чтобы не впасть в искушенье».
Но речи еще Он не кончил Своей,
Явился Иуда с толпою людей,
Он шел впереди всех, и как увидал,
Тотчас же лобзание Господу дал.
И молвил Спаситель: «Так вот чем – лобзаньем -
Меня отсылаешь ты к смертным страданьям».
Апостолы ж, видя насилье кругом,
Решили и сами ударить мечом,
И правое ухо рабу архирея
Отсек из них некто, собой не владея.
«Оставьте, довольно, – Христос возгласил
И ухо больное рабу исцелил.
Властям же, пришедшим с толпою тогда,
Сказал: «Как злодея пришли вы сюда
Схватить Меня силой с дрекольем, с мечами,
Но каждый ведь день Я у вас был во храме,
И взять не хотели Меня вы в тот раз,
Теперь же власть тьмы и насилия час».
Тут люд их Его к архирею повел,
И Петр за Ним робко поодаль все шел,
Костер разведя, у огня он разселся,
И он, вместе с ними присев, также грелся.
Всмотрелась в него здесь служанка одна,
«Он был с Иисусом», – сказала она.
«Не знаю Его я», – рабе он ответил.
Но скоро другой ему некто заметил:
«Наверное, с ними ты в обществе был».
«Нет, это неправда все», – Петр возразил.
Но вот еще времени час пролетело,
И третий тут начал доказывать смело:
«С Ним он непременно компанию водит,
Из стран Галилейских ведь он происходит».
Петр начал пред ним отрекаться, но вдруг
Запел на дворе громогласный петух,
Господь же взглянул на Петра в те мгновенья,
И вспомнил он тотчас его предреченье.
И, выйдя с двора архирейскаго вон,
Заплакал слезами обильными он.
А стражи, что Господа крепко держали,
С насмешками злыми Его оскорбляли,
Удары Ему по лицу наносили,
Закрыв Ему очи, потом говорили:
«Скажи нам, могучий и вещий Христос,
Кто это Тебе заушенье нанес?»
И много других позволяли хулений
Безумные люди Владыке творений.
А утром вся власть собралася, и Он
Тогда был в их суд для допроса введен.
«Скажи нам, Ты верно ль Христос», – на совете
Его вопрошали начальники эти.
«Когда на вопрос ваш отвечу Я вам,
Вы веры Моим не дадите словам,
А если с вопросом Я Сам обращуся,
Ответа, конечно, от вас не дождуся,
И суд все равно не отпустит Меня.
Одно лишь скажу вам, что с этого дня
Сидеть одесную Господней державы
Я буду», – ответил Господь величаво.
«Итак, Ты – Сын Божий?» – вновь суд допросил.
«Да, то несомненно», – Господь подтвердил.
«На что нам свидетели? – судьи сказали, -
Когда Его слово мы сами слыхали».
23 глава
И синедрион их тотчас вместе с Ним
Пошел весь к Пилату с доносом таким:
«Он, как нам известно, народ возмущает
И кесарю дани платить запрещает,
Себя именуя Мессией царем».
Пилат допросил Иисуса, но в Нем
Вины никакой не нашел. Архиреи
Вновь стали Христа обвинять: «С Галилеи
Начавши, повсюду мутит Он народ».
Но о Галилее услышал лишь тот,
Так Господа к Ироду тотчас отправил,
Он праздника ради удел свой оставил
И прибыл со свитою в древний Сион.
Давно о Спасителе слышал уж он,
И рад был увидеть Его пред собою,
Надеялся также, что мощной рукою
И чудо Господь сотворит для него.
И долго разспрашивал Ирод Его,
Но не дал Господь никакого ответа.
И члены еврейскаго также совета
Здесь были, и злых не жалели речей,
И Ирод, озлобясь со свитой своей
И вняв клевете иудеев презренной,
Над Господом стал насмехаться надменно.
И душу насытивши гнусным деяньем,
Он светлым Христа облачил одеяньем,
И снова к Пилату Его отослал,
И другом с тех пор он правителю стал,
А прежде он в ссоре был с ним неприятной.
Пилат же, Христа получивши обратно,
К себе архиреев с народом позвал,
И так им о деле Христовом сказал:
«Ко мне человека того привели вы,
Как злого мятежника. Я справедливо
Пред вами изследовал дело Его,
Но злостного в Нем не нашел ничего.
Я к Ироду с вами Его посылал,
И он в Нем вины никакой не сыскал.
Итак, Я подвергну Его наказанью,
И выпустить тотчас отдам предписанье».
Пилат же обязан был им без того
В пасхальный день узника дать одного,
И вопль он услышал: «Варавву нам дай,
А этого смерти немедля предай».
Варавву ж держали тогда в заключенье
За смертоубийство во дни возмущенья.
Желая свободу Спасителю дать,
Пилат говорить стал с народом опять,
Но крик лишь услышал неистовый снова:
«Распри ты скорее мятежника злого!»
И в третий он раз над толпой возгласил:
«Какое же зло Иисус совершил,
Достойнаго смерти в Нем нет ничего,
Итак, наказав, отпущу я Его».
Но шумно толпа перед ним все кричала
И требовать казни Христу продолжала.
И крик архиреев и черни взял вверх,
Правителю душу в смущенье поверг,
И вот он разбойнику жизнь даровал,
Христа ж по их воле распять приказал.
Когда ж во спасение грешной земли
Солдаты Христа на распятье вели,
То им киренеянин Симон попался
Навстречу – он с поля домой возвращался,
И грубою силой они его взяли,
Нести ему крест за Христом приказали.
И праздный пошел за Спасителем люд,
Но были и женщины добрыя тут,
Что слезы о Нем проливали струями.
Но Он поучал их такими словами:
«Не плачьте, о жены, о доле Моей,
Себя пожалейте и ваших детей.
Дни скорби великой, Я знаю, настанут,
И матери так говорить тогда станут:
«Блаженны, чье чрево детей не рождало,
Чья грудь молоком никогда не питала,
Падите на нас, – тогда скажут горам, -
Покройте скорей нас, – воскликнут холмам.
Ведь если зеленое древо казнят,
То что же с растеньем сухим учинят?»
С Христом двух злодеев для казни вели,
Когда же на место распятья пришли,
Что Черепом люди тогда называли.
С злодеями вместе Его здесь распяли,
Повесивши справа из них одного,
Другого – налево, а Он своего
Отца умоляя, промолвил смиренно:
«Прости, Вседержитель, им грех дерзновенный,
Не знают безумцы того, что творят».
И жребий бросивши, стражей отряд
Одежды Христа разделил меж собою,
А зрители злобной смотрели душою,
Глумились и власти тут вместе с толпой:
«Других избавлял Он всесильной рукой,