Он снова бросил взгляд на ее лицо. Никто бы не смог отличить их, пытался оправдать себя Влад. Никто, кроме родной матери.
Влад едва не вскочил от этой мысли: как же Ирина не поняла этого?
Девушка вдруг начала метаться по кровати, не выпуская руку Влада. Он видел быстрое шевеление зрачков под закрытыми глазами: ей снился кошмар.
-Не она…Эмма… - смог разобрать Влад слова, вырвавшиеся у «не Насти», - нужно уехать…чтобы он…Влад…не уходи…
Из закрытых глаз потекли слезы, и Влад привлек ее к себе, не зная, как быть дальше.
-Тише, все хорошо. Это лишь сон. Я здесь, рядом.
Его губы говорили одно, но разумом он понимал, что все происходящее совсем не так хорошо, как казалось бы.
-Нужно бежать…свадьба…не хочу… - Влад смог разобрать эти слова и ужаснулся: насколько же сильно он напугал ее со своей сказкой о свадьбе, что ее преследуют кошмары и она готова сбежать?
-Тише, моя маленькая, свадьбы не будет, все хорошо, - утешал он ее, но срывающееся дыхание девушки участилось и ее слова стали менее разборчивыми:
-Настя…Влад…Влад уйдет…одна…он уйдет…не она…
-Я с тобой, я не уйду, - Влад приподнял голову девушки, наплевав на голос разума, и поцеловал в мягкие распухшие от прошлой страсти губы. Девушка, сквозь сон, спросила:
-Обещаешь?
-Да, - Влад продолжал качать девушку, убаюкивая ее, но мысли в его голове окончательно выбили почву из-под ног.
Кому я это обещаю? Думал он, перебирая ее волосы и вдыхая их аромат.
-Захочешь ли ты остаться?
«Не Настя» успокаивалась, но продолжала отрывисто говорить. Влад не смог разобрать все, но некоторые слова слышались слишком отчетливо.
Будь это настоящая Настя, он просто разбудил бы ее, отвлекая от кошмара новой постельной игрой. Но эта девушка – не Настя и его пугало, что по отношению к ней он итак зашел уже слишком далеко. Безвозвратно, для самого себя. Но, для нее?
-Девочка моя, - вырвалось у него в порыве желания отогнать все ее страхи и сомнения. Кем бы она не была, она и только она подняла внутри него бурю, о которой всегда с нежностью говорила его мать.
Девушка провалилась в глубокий сон и повернулась к Владу спиной. Его взору открылись все шрамы, напоминающие о том, что ей пришлось пережить. Владу уже не требовались никакие доказательства, но он приподнял одеяло и убедился, что татуировки в виде пиксельной лисички у девушки, лежавшей перед ним, не было. Его взгляд поднимался вверх по ее спине, и в свете луны он рассмотрел под ее волосами, на затылке, что-то темное. Мужчина отвел волосы в стороны: его взору предстал набитый рисунок. И почему он раньше не замечал?
Хотя, она никогда не собирала волосы, вспомнил мужчина, в легком прикосновении касаясь минималистической татуировки на затылочной части шеи. Символ бесконечности. Небольшая геометрическая фигура, которая для каждого имеет свое тайное значение.
Заметь я ее раньше, я бы подумал, что Настя просто сделала еще одно тату, решил про себя Влад, затем в его мысли влез Майкл Гордон.
Мужчина поднялся с постели, стараясь не разбудить девушку, и покинул спальню.
-Что там говорил этот Гордон? – размышлял он вслух. Перед глазами появился Гордон в разговоре с Ириной, побелевшей после его слов: «…она погибла в авиакатастрофе».
Руки Влада заледенели. Если та, о ком говорил Майкл, - это та, кто лежит в комнате Влада, значит, произошла путаница. Сергей изначально вез к нему «не Настю», потому что именно эту девушку, «не Настю», нашли прикованной наручниками к телу мужчины, что, собственно, спасло ей жизнь. Но почему Майкл сказал о том, что его подруга с лицом Насти погибла в той же авиакатастрофе? Неужели они оказались на одном рейсе?
Голова Влада разрывалась от мыслей и вариантов. Особенно тяжело становилось от мысли, что он грозился убить Настю и она, настоящая она, нашла свою смерть в том самолете.
-Мне нужна помощь, - сказал он в трубку Нику.
-В половине шестого утра? – сонно уточнил друг, но Влад подозревал, что тот еще даже не ложился, - хотя, одним больше, одним меньше, приезжай, у моего клуба поддержки и сочувствия сегодня день открытых дверей.