-Но нарушила обещание?
Бабушка выдохнула и быстро поморгала, смахивая слезы:
-Да, нарушила. Но нет худа без добра. Оступившись всего лишь раз, Настя узнала о тебе.
Елена всколыхнулась.
-В каком смысле? Она знала?
-В тот вечер она очень поздно появилась в этом доме, едва сдерживала слезы и была очень зла. Тогда я сразу почувствовала, что случилось что-то серьезное, потому что до того вечера Настя плакала последний раз только в десять лет, когда не стало вашего дедушки. Настя сильно кричала и обвиняла нас в обмане, твердила, что скажи мы раньше, то, возможно, ее жизнь сложилась бы иначе. Я с трудом тогда успокоила ее и рассказала о тебе все, что знала, а также о том, почему нельзя было говорить о тебе.
-И почему?
-Твой дедушка был очень умным человеком и всегда просчитывал свои ходы и ходы врага наперед. Он знал, что твой отец не успокоится, пока не получит наследство. Еще в день, когда Ирина вернулась лишь с Настей, он сказал, что Алекс что-то задумал. И запустил процесс изменения завещания, изменения прав наследования. Он сделал наследницами вас обеих, внес коррективы в права наследования, о которых знали только он, я и отец Влада. Версус-старший является нашим представителем во всех юридических вопросах, сопровождает все наши сделки. Твой дед и я доверяем ему как себе. Твой дедушка продумал все партию, но не сумел доиграть ее до конца, оставив самое трудное для меня.
-И какую роль в этой шахматной партии дед отвел нам?
-Не злись, дорогая, твой дед любил вас обеих и все, что он задумал, было ради вашего наследия. Чтобы оно досталось вам. При всех наших деньгах и связях, пойти против документа, который подписала Ирина, о запрете на все связи с тобой, мы не могли.
-Я не злюсь. Просто не приятно слышать, что ты всю жизнь являешься пешкой в чьих-то играх.
-Пешкой ты была на поле отца. Используя тебя, он мог бы получить желаемое. Видишь ли, по новым правилам, которые продумал твой дед, ты и твоя сестра были наследницами, но без полных прав подписи. Все сделки - от рублевой до многомиллионной, требовали трех подписей: твоей, Настиной и Версуса. А так же он внес поправку о наследовании после вас, без права изменения, наследовать будет только старший из ваших детей и только по достижению двадцати пяти лет. Не раньше. Все эти коррективы гарантировали бы вашу безопасность. Тебе нужно вспомнить, почему ты решила приехать ко мне, и мы выясним, что задумал твой отец.
Их разговор прервал настойчивый звонок в дверь .
-Открой, я пока попрошу заварить нам свежий чай.
Елена покинула гостевую комнату, направившись к дверям, в раздумьях о том, что услышала и пытаясь вспомнить, почему покинула Лондон.
-Ну, здравствуй, дочка. Набегалась?
Голос отца, словно гром среди ясного неба, пронесся в ее мыслях, отбрасывая сознание назад, в тот самый день.
Перед глазами снова, как кадры старой киноленты, всплывали картинки и слова, которые отец говорил по телефону: «Через полгода ты выходишь замуж». Затем лицо Эммы, чемодан с вещими, такси до Хитроу и время ожидания пересадки в Стамбуле. Она вспомнила даже те мысли, что засели в ее голову в тот вечер: «Я лечу домой. Домой».
Елена вздрогнула от прикосновения холодной руки бабушки. Даже не заметив, как та появилась. Девушка переводила блуждающий взгляд с бабушки на отца, и обратно, пытаясь понять, о чем они говорят, но сконцентрироваться не могла. Алекс прошел в гостиную, где они только что говорили о нем и занял хозяйское кресло.
- Тебе здесь не рады. Уходи.
Начиная понимать происходящее, Елена чувствовала, как злится бабушка. Их разговор нельзя было назвать любезным или приятным. Приобняв женщину и оставаясь молчаливым слушателем, она смотрела на отца. Пытаясь понять, откуда он знает, что она – Елена? Или он считает, что она Настя? Последующая фраза, брошенная отцом в ее адрес, расставила все по местам: