***
— Убери от меня эту гадость! — визжала боязливая Элла при виде червяка для лабораторных работ по биологии, которого так настойчиво пытался посадить ей на плечо Армель.
— Ты же ему нравишься! Неужели ты хочешь разбить его маленькое сердце, которое ты скоро обнаружишь при вскрытии? — веселился Армель.
— МакФлай, ты чудовище!
— Бедная Элла, Армель ведь от нее так просто не отстанет, — вздохнула Лита, наблюдая за подобной картиной.
— Я в данный момент больше боюсь за червяка, — засмеялась Эрин.
Тут в класс зашел высокий темноволосый худого телосложения мужчина в белом халате. Учитель биологии. Мистер Стефан Билвар.
— Армель, эти черви не плотоядные, твои старания бесполезны, — с улыбкой подшутил учитель.
— Тут даже не в этом дело, мистер Билвар. Просто я в очередной раз убеждаюсь, что любовь несправедлива. Quel dommage! Как я ни старался, Элла не смогла проникнуться чувствами к червяку, — ответил Армель, после чего получил удар тетрадкой по голове от измученной выходками Армеля Эллы.
— Похоже, у них просто разные интересы, — шутливо заключил учитель. Из всех преподавателей Лите больше всего нравился именно мистер Билвар. Он был очень остроумным, начитанным, всегда умел поддержать разговор в шутливой непринужденной форме. Не просто учитель биологии, а образованный всесторонне развитый человек, несмотря на совсем еще молодой возраст.
— Мне кажется, что Элла ему просто не понравилась, — оценил взглядом Армель внешность Эллы, за что получил еще один подзатыльник.
— Внешность не всегда главный фактор для того, чтобы понравиться. Она может привлечь, как привлекает, к примеру, красивая обертка конфеты. Но можно разочароваться, раскрыв конфету и обнаружить там вместо шоколада ирис, — пояснил учитель.
— А чем плох ирис? — паясничал Армель.
— Я привожу это в пример того, что внешность не всегда может быть отражением души. Человек может быть красив снаружи, но ничего не иметь внутри. Это еще повезло, если вам попался ирис, а мог бы и вообще попасться камень, завернутый в обертку. Ирис-то еще можно как-то разжевать, а вот о камень только сломаешь зубы, — улыбнулся мистер Билвар.
— Но ты ведь не поймешь сразу, хороший человек или плохой. Для первого впечатления нужна именно внешность. Лицо, фигура… — выставлял свои аргументы Армель.
— Знаешь, Армель, важно помнить о том, что в любой момент из хорошей фигуры может получиться… не совсем хорошая, а лицо неизбежно покроется морщинами в старости. Наша «внешняя оболочка» легко может измениться. Душа же человека не меняется никогда. Она не стареет, она не подвластна времени. Душа доброго человека всегда прекрасна. И она будет делать прекрасным и своего носителя, независимо от того, как он выглядит. Если вы понаблюдаете за поступками такого человека, за его поведением, то вскоре перестанете обращать внимание на внешность. Вам будет интересен сам человек, его сущность, — объяснил учитель биологии. Ученики слушали его с непрерываемым вниманием. Особенно Нелли Норайс, которая имела много комплексов по поводу своей внешности. Ей казалось, что учитель говорит именно о ней, что и ее можно полюбить, несмотря на ее необычную внешность. Вслушивалась в его слова и Лита, задумываясь над их смыслом и своеобразной философией.
— Ну ладно, теперь приступим к нашей лабораторной работе, пока наши червяки не уползли от нас, — перешел к уроку мистер Билвар.
— Может быть, есть еще надежда, что Элле понравится хотя бы «внутренний мир» ее возлюбленного, — не переставал издеваться Армель, доводя до истерики свою одноклассницу.
— МакФлай, не смей подходить ко мне! — рассержено пригрозила ему Элла и встала за свой лабораторный стол. Армель только улыбнулся ей и демонстративно подмигнул извивающемуся в его пальцах червяку со словами: «Мы заставим эту недотрогу тебя полюбить!»
***
Третий этаж. Кабинет истории и географии. Карта мира на доске, глобус на учительском столе, парты, стоящие в четыре ряда по пять; на отдельном постаменте гордо уместился «знаменитый» для всех учащихся этой школы гипсовый бюст Гая Юлия Цезаря, который буквально не выпускала из рук учительница истории миссис Виктория Кентервилль — тучная медлительная женщина средних лет с каштановыми кучерявыми волосами и маленькими глазками, которые та постоянно щурила. Говорила она всегда медленно, растягивая каждое произносимое ею слово, чем вгоняла в сон всех слушающих ее учеников. На ее уроках каждый занимался чем угодно, но только не изучением истории.