— Продолжай.
— Так вот. Я искренне сожалею о том, что наша встреча так неправильно и некрасиво завершилась. C’est de ma faute, excuse-moi, — у Литы в тот момент по всему телу внезапно побежали мурашки — настолько красиво Армель произнес эти слова на французском. У него заметно менялся голос, когда он говорил на этом языке. Неудивительно, что при общении с девочками в школе он часто прибегал к французской речи — явно знал, какой эффект это производит!
— Ты не виноват. Во всем виновата твоя работа. Это она тебя так изводит, — коротко засмеялась Лита.
— Ты права. Во всем виновата моя работа… — как-то загадочно подметил Армель. Опять в его голосе проявилась едва различимая грусть, но Лита была теперь очень внимательна к малейшим изменениям в его голосе.
— Видимо, о своей работе ты мне не все рассказал, — спокойно сказала Лита. По ту сторону телефона послышался вздох.
— Я расскажу тебе при встрече. Только скажи мне, что не обижаешься на меня, — теперь он говорил мягко, сдержанно.
— Я не обижаюсь. Ни в коем случае, — ответила Лита.
— Спасибо! — взбодрился Армель. — Ну что? Друзья?
— Друзья, — улыбнулась Лита.
— Вот и прекрасно! А теперь я с чистой совестью пойду спать, — довольно заявил Армель.
— Да ведь девять часов!
— Вот именно! И почему ты не спишь до сих пор?
— Да ну тебя! — засмеялась Лита.
— Ладно-ладно. Но все равно желаю тебе спокойной ночи, — дружелюбно сказал Армель.
— Спокойной ночи. Спасибо за вечер, — растрогалась Лита.
— Знала бы ты, как часто я это слы…
— Армель!
— Пока. Целую.
— Пока.
Лита чувствовала себя превосходно. Тяжкий груз на душе мигом исчез. Неприятное колющее ощущение в сердце пропало. И причина тому — всего лишь звонок от бывшего одноклассника! Не удивительно ли? Лита надеялась, что оба они сегодня будут спать спокойно. День был более чем насыщен событиями.
Но Армель не спал. Кроме того, он в то время даже не был дома. После встречи с Литой он поехал обратно к себе в офис, где остались незаконченные дела, которые никогда не кончались. Он отлучился из офиса лишь потому, что, как и предполагала Лита, именно сегодня вспомнил об обещании встретиться с бывшей одноклассницей, приехавшей из Уэндмарка. Так он и сказал своей секретарше перед уходом. Теперь же ему предстояло разбирать очередные бумаги, которые успели стать неотъемлемой частью его письменного стола, подписывать их, ставить печать, некоторые из них относить в бухгалтерию, другие — в кабинет секретарши. И все приходилось делать в этот час самому, потому что рабочий день у его коллег заканчивался в восемь часов, а Армель оставался на работе порой и до начала следующего дня. Бывали дни, когда ему случалось уходить и в восемь часов, как и полагалось, но такое происходило довольно редко. Чаще всего Армель работал допоздна. Он изрядно привык к не покидающему его чувству усталости, и теперь оно стало чем-то само собой разумеющимся для этого молодого человека.
«И чего я так взвелся? Из-за какой-то глупости расстроил ее! Если все давно в прошлом, то почему меня дергает от каждого напоминания? Надо тщательнее контролировать свои эмоции. Не могу же я продолжать всем подряд портить настроение?» — размышлял Армель, вспоминая сегодняшнюю встречу с Литой. Отвлекшись от заполнения документов, он подошёл к окну. Яркие разноцветные огни фонарей, магазинных вывесок, рекламных щитов, свет от фар проезжающих по улице машин — всё это он видел из этого окна каждую ночь. Но монотонность и однообразие не так уж пугали Армеля. Наоборот, изменения и резкие перемены в жизни были неприятны ему, потому что нарушали тот устой жизни, к которому он привык и в котором освоился. Он предпочитал, чтобы все оставалось, как было, не подвергаясь никаким изменениям. Ничего хорошего не жди от всех этих перемен. Только лишь на первый взгляд может показаться, что они происходят к лучшему. В итоге, ты нестерпимо мечтаешь вернуться к прежним временам. Но возвращение невозможно. Когда осознаешь это, становится еще тоскливее на сердце. И поэтому: так ли нужно стремиться что-то менять в себе и в своей жизни? Не лучше ли оставить все как есть? Ведь тогда риск потери того, что тебе по-настоящему дорого, будет самым минимальным. А разве это не самое главное?
Глава 9. Подлость и пренебрежение.