В тот же день ее лучшая подруга Лита Аделайн и бывший одноклассник Армель МакФлай должны были отправиться в Гринхайтс. И кто знает, что в итоге получится из этой поездки?
Глава 17. Поездка в Гринхайтс
Армель, как и было запланировано, подъехал на черном солидном Mercedes-Benz прямо к дому Литы около девяти часов утра. Лита встретила его с двумя огромными рюкзаками, которые ее одноклассник помог поместить в багажнике своей машины. Началась их полуторачасовая поездка в Гринхайтс — любимое место жителей Родвилля, которые предпочитают отдыхать за городом: свежий воздух, чистое озеро, густые хвойные леса, зеленые холмы и высокие горы и всего-то полтора-два часа езды на автомобиле.
— Представляю, как смотрят на тебя девушки, когда ты выходишь из такой крутой машины, — весело сказала Лита, осматривая салон автомобиля.
— Ты хотела сказать: «Смотрят на такого стильного, невероятно привлекательного парня, который эффектно выходит из машины…» А, впрочем, кто вообще в этот момент смотрит на машину? — сострил Армель.
— Ты хотя бы раз сомневался в своей неотразимости?
— Ни за что. Никогда такого не было. Нет.
Армель и Лита выезжали из города. Теперь Лита намеревалась любоваться на открывающиеся ее взору живописные загородные пейзажи из окна удобной и, конечно же, весьма дорогой машины. И как долго вообще была у него эта машина? Скорее всего, уже год или немного больше. Интересно, а Стефани он на этой машине возил? А, может быть, они выбирали ее вместе? Лита медленно обратила взгляд к Армелю. Тот сосредоточено вел машину, не оглядываясь по сторонам. Не совершает ли она ошибку? Правильно ли поступила, что пригласила его загород? Возможно, эта идея казалась гениальной раньше, а сейчас она потеряла свою прелесть и новизну? Не слишком ли это было банально — звать его в Гринхайтс? Может, стоило пригласить его в другое место?
— Лита, у тебя взгляд, честно говоря, очень тяжелый! Он буквально повис у меня на плече. Я чувствую, как оно начинает постепенно затекать, — улыбнулся Армель, не сводя глаз с дороги. Лита смутилась и, резко отведя взгляд, уставилась в окно.
— Прости, я задумалась.
— Ты как-то погрустнела. У тебя какие-то проблемы?
— Нет, вовсе нет.
— Значит, у меня какие-то проблемы? Или проблема во мне? — с улыбкой спросил Армель. Лита засмеялась.
— Нет никаких проблем! Я просто засмотрелась на то, насколько умело ты, оказывается, можешь водить машину.
— Разве я могу что-то делать неумело? — подмигнул ей Армель.
— Можешь. Я-то знаю! — ехидно улыбнулась Лита.
— Вот только не начинай! Я знаю, ты сейчас начнешь вспоминать обо всех моих школьных оплошностях. Даже если бы я стал правителем всей Вселенной, ты все равно каждый раз напоминала бы мне о том, в чем я был плох в школьные годы!
— Зато это бы спускало тебя с небес на землю, и ты бы вспоминал, что не всегда во всем был идеален, как ты сейчас думаешь! Полезно напоминать таким зазнавшимся, как ты, с чего они когда-то начинали, — незлобиво проговорила Лита.
— Ты говоришь в точности как мой отец, — заметил Армель.
— Значит, ему тоже частенько надоедает твое самолюбие!
— Да не такой уж я и самолюбивый, вообще-то.
— «Стильный, невероятно привлекательный парень…» — передразнила Лита.
— Это не самолюбие, а констатация факта, — хитро подметил Армель.
— Это констатация твоего самолюбия, — не сдавалась Лита.
— Не хочешь музыку послушать? А то тоскливо как-то.
***
В кабинет Армеля МакФлая постучалась его секретарша — Эстель Кальман. Это была видная, привлекательная девушка, которой ничего не стоило вскружить голову тому, кому она пожелает. Хитрый взгляд ее карих глаз заставлял молодых людей робеть, чувственные губы, подчеркнутые темно-красной помадой, привлекали внимание не только парней, но и девушек, которые и восхищались, и завидовали такой красоте. А уж как можно было остаться равнодушным к ее идеально прямым длинным волосам, напоминающим чёрный бархат! Природа одарила эту девушку обольстительной внешностью, и Эстель никогда не переставала пользоваться «дарами природы». Она знала, что она красива и не в ее стиле было скромничать и смущенно отводить взгляд. Она покоряла людей заложенной в ней с рождения властностью и осознанием своего превосходства над другими. Эстель жила по принципу: «Оставьте вашу низкую самооценку тем, кому повезло меньше. Мне же повезло несказанно».