— Я не знаю, Лита. Честно, не знаю, почему я это сделал тогда, — Лита явно не такого ответа ожидала от него. Она молчала.
— Я сам не понимаю, зачем так поступил. Ведь и причин-то для этого никаких не было, — продолжал он. — Но я прошу у тебя прощения за тот случай, Лита. Пожалуйста, прости меня! Тебе, наверное, было неприятно тогда.
«Твои извинения звучат намного неприятнее», — думала в тот момент Лита. Нет, она полностью принимала извинения Армеля, но не таких слов она ожидала от него, совсем не таких! Как он мог не знать, почему ему вдруг вздумалось поцеловать ее? Неужели его тогда, действительно, ничего не побуждало к этому? Неужели в его голове не было тогда никаких мыслей?
— Нет-нет, Армель, все нормально! Тебе не нужно извиняться. Это ведь так давно было…
— Но и, тем не менее, ты вспомнила о том случае…
— Мне просто стало любопытно, вот и все! — резко прервала его Лита.
— Ладно-ладно, прости, — улыбнулся Армель. Лита смягчилась. Не надо было так негативно реагировать на его слова. Да и про поцелуй вообще не следовало бы спрашивать. На что она надеялась? Что он скажет: «Ты мне нравилась тогда, и мне захотелось тебя поцеловать»? Лита, пора поумнеть!
— Ты любил еще кого-нибудь так, как Стефани? — внезапно спросила Лита.
— Нет. Никого. Честно, — без колебаний ответил Армель. — А ты? Любила кого-нибудь? Или любишь?
— Да, — опустив глаза, ответила Лита. — Люблю.
— И кто же он? — улыбнулся Армель, заинтересованный ответом Литы.
— Красивый, добрый, весёлый парень. Мы с детства знакомы с ним. Он живёт здесь, в Родвилле, и поэтому мы не общались с ним с тех пор, как я уехала в Уэндмарк. Я не смогла ему рассказать о своих чувствах, потому что считала, что ему будет все равно. И знаешь, за все годы, проведенные в Уэндмарке, мне удалось разлюбить его. По крайней мере, мне так казалось. Но вот, я вернулась в Родвилль, увидела его после стольких лет и осознала, что все ещё люблю его. А он теперь стал успешным человеком, — Лита говорила об Армеле, но, чтобы отогнать от него всякие подозрения, она добавила:
— Прямо как ты.
— И у тебя совсем нет надежды на то, что он теперь может ответить тебе взаимностью? — спросил Армель.
— Я хочу набраться смелости и обо всем ему рассказать. Не знаю, как он примет это. Но я должна это сделать! Должна сказать, что любила его и до сих пор люблю. Даже, если его реакция не будет положительной, по крайней мере я буду убеждена, что уже не смогу ни на что рассчитывать, — как можно сдержаннее проговорила Лита, пытаясь не выдавать своих эмоций.
«Но когда? Когда и как мне сказать тебе об этом?» — мысленно обращалась Лита к Армелю.
— Мне кажется, что он не отвергнет тебя, — высказал свое мнение Армель.
— Не знаю, Армель, не знаю. Но я мечтаю об этом. Это бы многое изменило в моей жизни!
— А так, вообще, какая у тебя цель в жизни? Ты когда-нибудь задумывалась о смысле своей жизни? — резко сменил тему Армель.
— Думала, но… не могу сказать с уверенностью, какую цель я преследую. Я ведь не знаю, что может случиться завтра. Поэтому лично для меня глупо ставить себе какие-то долгосрочные цели. В одно мгновение все может поменяться самым неожиданным образом. И тебе придется искать новую цель в жизни, — размышляла Лита над вопросом Армеля. — А ты? В чем заключается твой смысл жизни?
— Смысл жизни в том, чтобы найти свое счастье, я так думаю, — улыбнулся Армель, взглянув на небо.
— И этим ты занимаешься? Ищешь свое счастье? — спросила Лита, сосредоточено взглянув на молодого человека.
— Да. Ищу. Изо дня в день. Из года в год. Но только вот все не найду никак! И сколько еще придется искать, не знаю. Мне казалось, что, благодаря Стефани, я нашел это долгожданное счастье. Но ошибся. Видимо, оно в чем-то совсем другом. А, возможно, я просто еще не готов быть счастливым. Поэтому счастье и не приходит ко мне.
— Выходит, что и к счастью нужно быть готовым?
— Я пытался выглядеть загадочным, поэтому решил так выразиться, — засмеялся Армель. — Согласись, у меня это получилось. Так ведь?
— Tu parles! — ехидно улыбнулась Лита. Армель положительно оценил подобный ответ.