— Слушайте все! Если Седьмой сможет победить мальчишку, на сегодня тренировка будет закончена. Но если он проиграет, вы будите пыхтеть на полигоне до заката Божа! Кейко! Тебя касается — без членовредительства!
По рядам воинов прокатился смешок. Уж очень неправдоподобно было слышать об угрозе со стороны такого мелкого воина.
— Зря смеетесь, — осадил их Сотеки. — Я сам тренирую этого раба и обучаю его убивать, а не бороться ради удовольствия. Начали!
Кейко застыл, чуть выставив вперед руки и настороженно следя за действиями соперника. Воин же, не видя в невысоком худеньком подростке никакой угрозы, с легкой презрительной улыбкой бросился в атаку, пытаясь сбить подкидыша массой. Но не зря Сотеки гонял Кейко, как проклятого, — парнишка мягко сместился в сторону, пропуская соперника по кругу вокруг себя, затем молниеносно развернулся на месте, ведя Седьмого за локоть, перенес вес на левую ногу и сел на колено, удерживая руку взрослого мужчины в болевом захвате. Воину ничего не осталась, как упасть в пыль лицом. Но он тотчас вскочил, ошеломленно глядя на мальчишку, как только тот отпустил его руку. Подкидыш вновь замер на месте, не пытаясь атаковать. «Твое преимущество в скорости и неожиданности. Ты должен ошеломить противника, заставить его разозлиться, чтобы он начал делать ошибки, — учил Сотеки, показывая приемы боя. — Запомни, дитя, ты борешься не с живым соперником, ты борешься с направлением его силы. Поймай его движение и легким толчком направь нападающего туда, куда нужно тебе». Тем временем, оказавшись на земле во второй раз, Седьмой разозлился. Он сжал кулаки и попробовал достать паренька ударом в голову, но Кейко отклонился, перекатом ушел в сторону, вскочил на ноги и молниеносно нанес сопернику удар по почкам. Возможно, что для взрослого мужчины этот удар и не был сильным, но обидным точно. Со стороны это выглядело как борьба маленького юркого мангуста со змеей — быстрый наскок, укус и отход от смертоносного жала. Боец в бешенстве развернулся на месте, выкрикивая ругательство, но Кейко был готов. Дотянуться до лица достаточно высокого мужчины он не мог, поэтому, чуть подпрыгнув, сильно ударил противника ногой в живот, а когда тот согнулся, нанес быстрый удар полусжатым кулаком по косой траектории в шею.
— Все. Нокаут. — Объявил Сотеки. — Если бы Кейко был взрослым мужчиной, ты бы сейчас лежал без сознания, боец.
Бойцы удивленно молчали, и в тишине особенно громко прозвучали редкие хлопки. Это Сотеки аплодировал Кейко. Весь бой занял не больше пяти минут.
— Дитя, ты свободно, остальные — кругом, на полигон марш!
Перечить никто не осмелился.
— Любимый, помнишь, я тебе рассказывала об Ордене Света, в рядах которого состою?
— Я никогда ничего не забываю, Сагресса. Просто иногда архивирую и скрываю файлы. — Сэм улыбнулся.
Они сидели на крутом берегу и любовались на первый закат.
— Ты меня не слушаешь! О чем ты постоянно думаешь?
— О сестренке, — парень вздохнул, — она уходит в Пустые земли, а я не пытаюсь даже отговорить ее от этого. Возможно, я отпускаю ее на смерть.
— А почему ты не пытаешься ей помешать? — Сагрессе действительно это было интересно.
— Зачем? Я ведь вижу, как ей ненавистна эта деревня, этот быт, шарахающиеся от нее крестьяне, косые и ревнивые взгляды. Она в душе — боец. Ее место среди таких же безумцев, и я не смею отговаривать. Ты заметила, каким восторгом и лихорадочным предвкушением светятся ее глаза?
— Я считаю, что это из-за любви к Жаню.
— Глупости! Никакой любви нет и в помине, не слушай сплетниц. Вот с Хотеном у них случился бурный, но скоротечный роман. Он мог бы перерасти во что-то другое, но Геля решила, что в свете предстоящего похода ей не стоит вставать между друзьями. Она попросила меня вмешаться.
— Это как?
— Я немножко поработал с Мечом, и теперь он испытывает к сестричке только дружеские чувства.
Сагресса с ужасом и восторгом смотрела на ученика.
— Но ведь это уровень архимага!
— Не знал. Ничего сложного в этом нет. Немного внушения, немного эмпатии, немного магии. Я просто приглушил его страсть — от любви до симпатии.
— Ты и с Жанем поработал?
— Нет. Он не так прост, как кажется, и влезть в его голову незаметно весьма проблематично. Да и пока их отношения развиваются спокойно — он ее любит, она — позволяет себя любить. Мне кажется, Геля боится тех чувств, которые могут у нее возникнуть и изо всех сил старается оградиться от них, отсюда и роман с Мечом, как доказательство ее самостоятельности в принятии решений. Мне не нравится Жан, ты же знаешь, но я был бы спокойнее, если бы он смог уговорить сестричку. — Самуил искренне вздохнул.
— Он делал ей предложение? — Сагресса даже не пыталась скрыть удивление и недоверие.
— И не единожды. Но всегда получал твердый отказ. Причем ничем не мотивированный. Он ей нравится, я чувствую, но… Еще этот демонский принц!
— А что с ним не так?
— Да запал он Гельке в душу. Говорит, что ненавидит, но я вижу, что это неправда.
— Любимый, а что ты еще попробовал сделать в последнее время?
— Ну, как я вложил знания в голову сестры ты, наверное, знаешь, она об этом рассказывала в корчме.
Сагресса задумчиво кивнула, наматывая на палец кончик косы.
— Я ей сразу не поверила, но когда увидела, как она пишет на сорто, поняла, что все это чистая правда. Ты ведь и грамотность тоже ей подправил?
Сэм довольно кивнул.
— И вложил кое-какие элементарные знания о магии. Еще я сделал для Шуньки амулет-маячок и вшил его в Страшилу. Теперь её всегда можно будет найти, если кукла будет с нею, а так как она не расстается с игрушкой ни на миг, то и шансы увеличиваются. Любой маг или кровный родич девочки сможет уловить импульс и прийти ей на помощь. Ну, еще я немного попрактиковался с манипуляцией сознанием и внушил кое-что Домину и Такле. В итоге корчмарь налил мне кружку холодного пива, а Такля поцеловала.
Сэм откинулся на спину и растянул рот в довольной улыбке, вспоминая ошарашенные лица деревенских мужиков, когда гордячка решительным шагом подошла к нему и поцеловала довольного парня на виду у всех. Сагресса наоборот поджала губы, ревнуя Сэмуэля к красавице крестьянке.
— Как я лечу, ты сама знаешь, наставница.
— Не шути, какая я тебе наставница? Ты уже давно перешагнул мой уровень и уровень всех известных мне менталов. Сэм, меня уполномочили сделать тебе предложение о вступлении в наш Орден сразу на вторую ступень. Это очень большая честь. Ты будешь первым не эльфом в наших рядах.
Сэмуил рассмеялся и повалил девушку на спину, пытаясь поцеловать ее в губы, но Сагресса ловко выскользнула из его объятий.
— Перестань! — с хитрой улыбкой она легонько оттолкнула парня от себя. — Я серьезно! Ну, пожалуйста, согласись! Ради меня!
— А зачем мне это нужно? Я ведь не эльф, чтобы собирать тайные знания и бороться с тьмой.
— Сэмуэль! Ты хотя бы встреться с представителем Ордена, а потом будешь думать.
— Хорошо. Пусть приходит!
Парень наконец-то поймал в объятия эльфийку, прижал ее к себе и впился в пухлые губы. Сагресса прикрыла глаза и с жаром ответила на поцелуй. «Наконец-то я попаду домой» — была ее последняя мысль перед тем, как полностью отдаться страсти.
Шунька, обиженно сопя, сосредоточенно всматривалась вдаль, прижимая одной рукой к груди Страшилу, а второй вцепившись в штанину Сэма. Они стояли на пригорке, а внизу возле самого леса по дороге уходил небольшой отряд охотников. С этим отрядом уходила Арина. Сэм со щемящей грустью смотрел им вслед. Он уже не чувствовал эмоции сестры, слишком далеко они ушли. Но час назад…
— Не плачь, Арина. Мы обязательно встретимся. Я закончил обучение, осталось довести до конца дела с Бородой и уговорить Сагрессу уйти со мной. Хватит ей здесь прозябать. Встретимся, как и договорились, в Атуруме в гостином дворе «У Макова» ровно через двадцать один день. Мы будем ждать тебя там.
— Сэм, я не хотела тебе говорить раньше, но лучше бы ты оставил эту эльфу здесь. Неужели ты настолько в нее влюблен, что готов прожить с нею свой век?