— Если мои слабые магические усилия дадут результат, в знак благодарности за теплый прием я оставлю для твоей семьи немного «Круга смерти». У него нет срока годности и, возможно, когда-нибудь, он сможет спасти тебе или твоим потомкам жизнь. Но пока говорить об этом — плохая примета, настойку еще нужно выдержать в течение трех дней в полной темноте.
Артуари тщательно готовился к предстоящему ритуалу. Внутренний голос шептал, что это последняя возможность, другого шанса не будет. Куда приведет дорога Ведущей неизвестно и будет ли в конце нее свой дом и лаборатория в нем рэквау не знал. Зато он чувствовал, что свободное время, отпущенное им в этом мире, безжалостно и безоговорочно приближает братьев к исполнению миссии. Поэтому и спешил принц, стараясь успеть запастись множеством маленьких якорьков, которые помогут им выжить в плавании по волнам предсказания. Не раз за это время Артуари вспоминал матушку, матрон и в душе сетовал на законы, запрещающие обучать мужчин магии. Знаний не хватало катастрофически. Принц, словно хромой слепец, опирающийся на один костыль, шел во тьме, ориентируясь лишь на слух и те крохи обрывочных сведений, которые достались ему от предков. Из пяти опытов только один оказывался удачным. Артуари быстро научился читать, однако писал он на своем родном языке, правильно решив, что так будет надежнее, большие надежды мужчина возлагал на обширную библиотеку барона, которую хозяин с радостью предоставил в распоряжение гостей, но и здесь Артуари ждало разочарование, слишком уж много различий было между их школами.
Он принял ванну, тщательно убрал волосы в тугой узел на затылке. Надел чистое белье, штаны и сапоги. Только потом, присев у зеркала, тщательно нарисовал на груди печать контроля и концентрации. В этот момент в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату вошел Сотеки.
— Звал?
— Да, брат. Хочу просить тебя об одолжении. Приведи в лабораторию карлика.
Сотеки слегка поклонился и вышел. Артуари только головой покачал ему вслед, он чувствовал, что Тень злится, и понимал из-за чего. Из-за Кейко. Артуари и сам уже остыл и был готов простить раба, но своенравный высокомерный характер не позволял ему в этом признаться.
— Мне тоже не хватает дитя, — пробормотал он, обращаясь к отражению. — Никто не мельтешит перед глазами, даже как-то непривычно.
Артуари прикрыл глаза и погрузился в очищающую разум медитацию.
Когда Кейко проснулся не в камере, а на залитой мягким светом лужайке, он даже испугался, но тут появился Элл и радостно сообщил, что это все иллюзия, а на самом деле они сидят в грязном, холодном карцере. А вот корзинка, которую тащил ашга, была настоящая. Как похвастался приятель, он ее только что выудил с замковой кухни. Элл поставил корзину на пол и, картинно отставив маленькую, обутую в расшитые бисером сапожки ногу, медленно повернулся вокруг собственной оси, давая подкидышу возможность рассмотреть свое великолепие со всех сторон.
Кейко не разочаровал Элла, с восторгом вылупившись на нового друга. Ростом ашга был Кейко чуть выше пояса, с худеньким, но стройным телом, облаченным в зеленые штаны и ярко-розовую рубашку, он произвел на подкидыша, ожидающего, как минимум великого широкплечего воина, ошеломляющее впечатление. На макушку Элла была натянута смешная синяя шапочка, из-под которой выбивались непослушные завитки золотистых волос и торчали огромные для такой малютки, круглые уши, которыми он ворочал, словно маленькими локаторами. Широко распахнутые коричневые глаза в темные крапинки, обрамленные такими длинными и густыми ресницами, что они давали тень, смотрели на паренька с высокомерным превосходством, сквозь которое нет-нет, да и проглядывало озорное веселье. Смешно сморщенный конопатый нос, настолько курносый, что казалось, будто его привязали ко лбу невидимыми веревками. Из-под верхней губы выглядывали небольшие острые клыки. Он повернулся спиною и выставил на обозрение два сложенных прозрачных крылышка, по своей форме очень напоминающие крылья большой мухи. Короче, выглядел Элл весьма забавно, но уж никак не величественно и грозно, хотя он честно пытался принять царственную позу.
— Что, язык проглотил? Не расстраивайся, дитя, не всем же быть такими красивыми, как ашга, для представителя своей расы ты тоже сносно выглядишь. У тебя ведь не было в предках лепреконов, эльфов и драконов? Возможно, со временем, тебе даже удастся найти себе пару и завести семью, — тут он оценивающе посмотрел на Кейко. — Хотя, я бы на твоем месте на это не надеялся. — Элл протянул пареньку маленькую ладонь. — Дозволяю коснуться моего великолепия, чтобы у тебя не возникло сомнения, в моей реальности.
Кейко, который как раз про себя подумал, не причудилось ли ему все это, смутился, но протянул осторожно руку и коснулся золотых волос.
— Ух, ты! Какие мягкие! А крылья? Ты можешь летать?
— Конечно!
Ашга расправил крылья, точно большая муха, с легким звоном поднялся над землей и тут же опустился на пол. Кейко заворожено следил за ним, забыв закрыть рот. Элл незамедлительно воспользовался этим, метко кинув в рот мальчишке маленькую маринованную луковицу. Подкидыш опомнился, выплюнул луковицу и захлопнул рот.
— Если бы твой зубастик-хозяин мог тебя сейчас увидеть, он бы, наверное, лопнул от злости, — размахивая большим жареным крылом Элл, с набитым ртом, просто лучился самодовольством. — Он думает, что ты здесь мерзнешь, скрутившись калачиком, и льешь голодные слезы. — И он громко рыгнул.
— Как здорово быть шаманом! — восторженно ответил Кейко, откусывая большой кусок от мягкого еще теплого душистого сладкого белого каравая и запивая эту вкуснотищу узваром.
— Ха! Ты еще не видел настоящего шаманства! Моя прабабка может перемещать людей, и даже целые кареты. А стащить через пространственный рукав с кухни корзинку с едой — раз плюнуть для любого ашга. Это уровень первого года обучения. Главное точно знать, где эта кухня находится. — Он небрежно махнул рукой, вызывая у Кейко волну зависти. — Так на чем я остановился?
— На Исходе драконов.
— ДА! Точно! Вот заваруху эти зеленые устроили! Они не поделили с демонами какую-то орчанку, жену их вожака и когда демоны потребовали сатисфакции…
— Чего?
— А кто его знает! Моя прабабка так говорит. Что-то вроде вызова на дуэль. Не перебивай! Так вот они вытурили демонов на Темную сторону и закрыли для них проход. Но один очень ушлый все-таки проскользнул, подговорил людей и те напали на драконов. И началось веселье! Они опустошили половину континента своими заклятиями и в итоге призвали на Этаон Многоликого, но когда бог увидел что сотворили его любимые дети, он впал в ярость. Зеленые всегда отличались скверным характером и безрассудством. Надо же было додуматься бросать вызов самому Многоликому, когда он послал их в далекий путь! Наши видящие знали, чем дело закончится, но самомнение ящероголовых было выше слов разума. Тогда ашга ушли в леса, а драконов бог — бац, и ногой под хвост — выкинул из мира. Так их не стало — ни драконов, ни Многоликого. А вот его жалко — неплохой был бог, несмотря, что с шестью рожами. Энергии на мир отдавал — во, сколько! — Элл развел в стороны короткие ручонки. — Моя прапрабабка перед тем как сгинуть, предсказала, что он вернется, как только на трон Ашуштавара сядет дитя чистой любви. Вот нас и послали с секретной миссией отыскать это дитя и вернуть Многоликого. Только где сейчас Ашуштавар? Никто не знает. В Проклятые земли нам дорога заказана, лишь людишки могут пересечь водную границу. Только тсссс, никому ни слова. Секрет! — Он приложил к губам палец. Кейко скорчил серьезную мину и провел ладонью по горлу — могила, мол. — А вино тут недурственное. Хочешь попробовать?
— Милорды мне не разрешают, — честно признался Кейко.
— Ха! Так, где эти твои милорды? Ау! Может под матрасиком спрятались? Нет их! А вино есть! Выпей! — и он сунул в руки не сильно сопротивляющегося подкидыша деревянную кружку с вином.
И, правда, почему бы не попробовать? Сами же посадили его под замок, как взрослого, значит, и вино можно пить. Когда еще за ним придут, небось, вычихается. И Кейко смело отхлебнул глоток. Вино оказалось на удивление сладким, немножко с горчинкой, с ароматом ягод и совсем не пьяным. Прям как узвар, и чего было запрещать его пить? И Кейко отпил еще, а потом и еще.