– Ну, я бы тут поспорила насчет идеального, – шелестит социальный педагог или кто она там. Надо же, это ее первая реплика. И, судя по равнодушному виду, последняя.
– Разберемся, – как-то рассеянно говорит полицейский. – Аде… лия, что произошло дальше, как вы сцепились с одноклассником?
С одноклассником я «сцепилась» не знаю как. От школы я пошла в сторону реки. Никогда раньше не жила в портовом городе, это так странно – огромная гулкая вода, контейнеры, подъемники и всякие суда, большие и маленькие. Весь этот город как будто живет судоходством, все работают в порту или как-то связаны с рекой. Здесь два порта – новый, огромный, красивый и современный. В него заходят большие блестящие теплоходы, лайнеры и грузовые суда. И маленький старый в другом конце города, почти заброшенный, в него иногда еще приходят суда на разгрузку. Но чаще на ремонт или вовсе на пенсию.
Как это все объяснить полицейскому? В общем, я пошла в старый порт. Не на охраняемую часть, а туда, где старый контейнерный терминал, – там не огорожено. Там как в кино про бандитов – огромные разноцветные контейнеры составлены друг на друга, каждый размером с большой автобус. Среди контейнеров – несколько подъемных кранов. Тоже на пенсии, видимо, – обшарпанные и унылые. Ну, я и бродила там, злилась на школу и одноклассников, ненавижу их. Особенно Геру и его дружков. Увидела лестницу – вроде бы прочная. Я поднялась на крышу «трехэтажного» контейнера, а там – другой кадр из другого фильма.
Там лежал огромный старый шерстяной ковер. Такой бордовый ковер с узорами. На ковре – горчичного цвета потрепанное кресло, наискосок – деревянное кресло-качалка и между ними журнальный столик, сваренный, кажется, из старого металлического ящика. А еще облезлый деревянный комод бирюзового цвета. Такой типа стиль романтический лофт. Хотя мама назвала бы это кучей хлама. Впрочем, все это неважно, потому что на горчичном кресле сидел… мой одноклассник Мирик. Сидел и смотрел на меня.
Мирик бесит меня больше всех. Есть, конечно, Гера, который ржет как конь. Есть Антон – увалень и неудачник. Майя, которая всегда отсаживается от меня. Вообще одноклассники – полный сброд. Но Мирик самый мутный.
Вот представьте нашу школу и класс. Школа практически на краю города и «со специальным уклоном». Что это за специальный уклон такой и куда он уклоняет – никто не знает. У нас учатся все, кто не смог учиться в других школах. Кого-то выгнали за дисциплину, кого-то за успеваемость. Мальчиков здесь гораздо больше, чем девочек. У нас вот в классе тринадцать мальчиков – чертова дюжина, ага. И всего три девочки, и это считая меня.
Я все пытаюсь угадать, как тут все оказались. Про кого-то сразу понятно, а кто-то загадка. Скажем, я здесь потому, что эта школа ближе всего к лагерю для беженцев, и у города получилось организовать для меня школьный автобус. В нашем пункте размещения из моих ровесников только я, все остальные намного младше и ездят на другом автобусе в другую школу.
А Мирик в «специальном уклоне» наверняка из-за того, что он самый невыносимый в городе человек. Никто не понимает, что у него в голове. Он вроде как всегда вежливый. Но с другой стороны, ему на все наплевать. Вечно уткнется в свой телефон и сидит с умным видом. Тоже мне, директор корпорации. И шутки у него такие… Шутки вежливого человека. Вроде ничего такого не сказал, при этом попал в самое больное место – и живи с этим. Бесит. Держусь от него подальше.
И вот, значит, он сидел там. В кресле. И смотрел на меня. Я вообще не понимала, что сказать.
– Добрый день, – сказал Мирик, как вежливый робот. Говорю же, противный. И имя еще это дурацкое.
– Привет! – Поздоровалась, а сказать больше и нечего. Как теперь выкрутиться? Разговаривать после всего не хотелось. Убегать тоже. А то выйдет, что я такая только и делаю, что хватаю свои вещи и бегу.
– Нашла мое место? Я думал, здесь никого не бывает. Заходи.
– Твое место? Это ты, что ли, сам тут все устроил? А мебель и ковер?
– Здесь много разных вещей. Собрал потихоньку. Прихожу сюда, когда мама… – Он помолчал. – Когда получается, в общем.
Мирик отвернулся и стал смотреть на реку. Вид, кстати, с контейнера был шикарный. Вода, птицы, суда – супер. Но я так и не знала, что делать, прямо патовая ситуация – как в шахматах. Садиться в кресло и молча сидеть, как два пня, глупо. Уходить – нелепо.