– Так значит, рецепт на первой практике будет с подвохом? – пробормотала Соня, когда Каэл скрылся за деревьями. – Звучит как вызов.
***
О том, что этот вызов может оказаться ей не по силам, Соня подумала уже на зельеделии.
Практическое занятие профессор Беккерни начала с надиктовки рецепта, который ведьмам предстояло варить, после раздала ингредиенты. На уточняющие вопросы студенток она не отвечала, повторяя, что всю важную информацию они уже получили.
– Как вы будете варить зелья из древних гримуаров? Там никто ничего вам не подскажет.
Профессор Беккерни была женщиной немолодой, сухой, как отломившаяся от дерева ветка, и такой же живой. Всякий, кто имел неудачу общаться с нею дольше нескольких минут, после уверял, что никаких чувств в этой строгой ведьме нет, кроме разве что неиссякаемого презрения.
– Это чтобы мы почувствовали горечь неудачи, – шепнула Ильда, стоя рядом с Веланой в очереди за котелком, – чтобы в будущем наша самоуверенность нас же не погубила. Так старшекурсницы говорят.
Когда в круглом отверстии каждого стола разместился небольшой чугунный котел, а перед студентками были разложены все необходимые ингредиенты, профессор сказала:
– У вас есть время до конца занятия. Вы должны успеть сварить зелье, разлить по флаконам и оставите настаиваться. На следующем занятии мы узнаем, кто из вас не безнадежен.
Переволновавшаяся Велана дрожащими пальцами пододвинула к себе тетрадь с рецептом. И времени, и ингредиентов у ведьм было только на одну попытку, если что-то пойдет не так, ничего исправить уже не получится.
Соня боднула напуганную ведьмочку лбом в плечо и уверенно сказала:
– Ты сваришь эту жижу правильно.
– Это бодрящее зелье. – уточнила Велана. Она знала один рецепт для подобного зелья и неплохо умела его готовить, но должна была использовать тот, что дала профессор, а он оказался намного сложнее и причудливее.
– Разотри семена майорана, пока закипает вода. – велела Соня, вместе с ведьмочкой вчитываясь в рецепт. – Лучше сначала всё подготовить.
Те три года, что она училась кондитерскому делу, как выяснилось, можно было неплохо применить в зельеделии. Соня быстро сориентировалась в приготовлении зелья и постепенно начала разбираться в коварных особенностях материалов. Это оказалось не так уж сложно, хотя Велана, которой приходилось судорожно листать травник в поисках описания каждого ингредиента, едва ли согласилась бы с ней.
Прошло полчаса, а в котелке все еще ничего не варилось, только пар выкипающей воды поднимался к потолку. Соня велела ведьмочке набрать еще воды в жестяную плошку из крана в углу лаборатории.
Профессор заметила странное поведение студентки: то, как она обсуждала что-то со своим фамильяром и как шуршала страницами книги, хотя остальные ведьмы уже давно находились в процессе приготовления бодрящего зелья и успели совершить не меньше трех ошибок. Это показалось профессору подозрительным, и она подошла посмотреть.
– Почему еще не начали?
– Я… ну, – Велана покосилась на кошку. – Я закончила подготовку, сейчас буду варить зелье.
Профессор Беккерни тоже посмотрела на Соню. Фамильяры всегда были частью ведьмы и нередко принимали участие в их работе, но эта парочка из нервной ведьмы и ее невозмутимой кошки выглядела необычно, даже противоестественно.
– Хорошо. Ваш фамильяр пока побудет со мной.
– ЧТО?! – ужаснулась Велана.
– Что? – растерялась Соня.
Ведьма не посчитала нужным что-то объяснять, просто велела следовать за ней и вернулась к своему столу.
Лаборатория представляла собой большое помещение со стеллажами, выстроившимися в ряд у дальней стены, схемами лекарственных трав на стенах и большими столами, расставленными на безопасном расстоянии друг от друга. Стол Веланы находился на некотором отдалении от преподавательского места, поэтому Соне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за профессором и гипнотизировать ведьмочку взглядом. С такого расстояния она не могла даже попробовать объяснить лучшую последовательность добавления в зелье ингредиентов. А последовательность, судя по тому, что было написано в травнике, имела большое значение.
Велана, утратившая последние остатки уверенности, когда у нее забрали Бусинку, сварила что-то, что должно было стать зельем бодрости, и перелила во флакон. Подписала и вместе с остальными студентками поставила на полку в шкафчике за столом профессора.
А после не смогла перечислить, в каком порядке добавляла ингредиенты, сколько бы Соня не спрашивала. Ильда, которая тоже переволновалась и понимала, что провалилась, сидела рядом с ведьмочкой на скамье, под пышным и высоким кустом с покрасневшими листьями. Осень все отчетливее давала о себе знать. Солнце еще грело, но ветер становился все холоднее и беспощаднее.