Женщины старательно от него отворачивались, норовя не встречаться взглядами. Он совершенно не укладывался в местные мужские стандарты красоты, являясь наглядным примером эпитета «мужлан». Ведь джентльмены в обществе в своей основной массе были гладко выбриты. И хоть мода на парики давно прошла, завивку и укладку волос никто не отменял. Суховатые (те, кто пополнее, специально утягивались для этого в корсеты… да, да! В корсеты!), хотя часто с чуть выпирающим животиком. В моде были худые икры, обтянутые чулками. Новоявленный баронет был на балу в брюках и сапогах, поправ все правила и каноны, что предписывали носить в обществе туфли.
То тут, то там со стороны женщин слышались тихие возгласы: «Животное!», но мужчину это совершенно не смущало. Кажется, даже веселило. Он точно знал, какое производит впечатление.
Это же понимал и мистер Стонтон. Так что знакомил нас с кривоватенькой ухмылкой. Ведь склонности своей дочери он не раз лицезрел в её выборе партнёров на балах. Но… был ошарашен моей широкой улыбкой и приветливостью во взгляде. Мне баронет очень понравился. Как раз в моём вкусе… правда, из прошлой жизни.
– Так рада знакомству, мистер Келли! – Я просто лучилась добродушием. – Мне бы очень хотелось расспросить вас о какао-бобах и других экзотических продуктах, что привозят в Лондон из Южной Америки, – щебетала я, ухватив мужчину за локоток, и, усиленно хромая и стуча тростью, утащила к свободному диванчику.
На нас пялились все! Особенно Фанни, с тихим ужасом на лице. Затем отец, видимо, рассказал ей о количестве денег у объекта моего интереса, и лицо матери расплылось в благожелательной улыбке. Но тут же вернуло озабоченное выражение. А теперь, наверное, ей поведали о не слишком аристократическом происхождении моего визави.
Баронет был ошарашен моим напором и тем, что я совершенно не испытывала к нему негативных эмоций. Моя улыбка была открытой, а интерес – искренним. Но видимо, и он мыслил слишком шаблонно, так как задал вопрос, надеясь меня шокировать.
– Мисс Элис, вы пытаетесь флиртовать со мной, думая выйти за меня замуж и устроить будущее своих сестёр?
– Вообще-то, нет… – произнесла я, погасив улыбку. – Замужество меня не интересует, в отличие от поставок ингредиентов для моей пекарни.
М-да… забыла, что я не эффектная зрелая женщина, а малявка. И именно так меня видят.
– Вашей чего? – озадаченно переспросил мужчина.
– Пекарни… – процедила я в ответ с каменным выражением лица. – А если нужна жена из общества, могу посоветовать более близкую к вам по возрасту… Миранду Ривз, к примеру. Не красавица, но умна. Если же вы падки на красоту…, то тут да… моя старшая сестра Джанет считается одной из первых красавиц. Кроме того, добра и послушна. Будет идеальной супругой.
– Почему же не вы? – с усмешкой поинтересовался мистер Келли.
– Если даже не брать в расчёт возраст… вы для меня слишком старый… – иронично поддела «корсара», – то я довольно деятельная натура, и послушно сидеть дома, рожая детей и выходя только в церковь, не смогу. Зачем же портить вам остаток жизни?
Мужчина ухмыльнулся в усы и заявил:
– Хорошо, мисс Элис, я пришлю вам списки товаров со своих складов.
[1] Fry's – одна из старейших британских шоколадной компаний. Основана в Бристоле в 1761 году. В 1919 году её поглотила Cadbury.
Глава 19
Этим утром я проснулась от странного запаха. Нежный, но немного терпковатый аромат наполнял комнату. Села на кровати, откинув лёгкий полог, что защищал от гнуса, и принялась широко раздувать ноздри, пытаясь понять, чем это пахнет. Подойдя к туалетному столику, проверила флаконы, стоящие на нём, – не разбилось ли что. Но когда я открыла окно, запах только усилился.
– Почувствовала? – с улыбкой спросила Кэтрин, всё это время наблюдавшая за мной.
– Ты хочешь сказать… – начала догадываться я.
– Лаванда зацвела. – Сестрёнка широко раскинула руки на кровати и вдохнула полной грудью.
– Хочу это увидеть! – неожиданно для себя заявила я, по пояс высовываясь в окно.