Глава 22
– Что вам конкретно не нравится, мистер Стонтон? – спросила я жёстко, развернувшись к отцу лицом и глядя ему прямо в глаза.
Мужчина перевёл взгляд с картины на меня и тоже пытался что-то разглядеть.
– Ты очень сильно изменилась… дочь… – подчёркивающе уточнил он.
– И мне об этом напоминают все кому не лень… – ответила раздражённо.
– … но если раньше я считал тебя пустоголовой дурой… думая, что это проблема твоего будущего мужа… то сейчас…
Я выжидательно приподняла бровь. Жаль, не могла сложить руки на груди. Они испачкались в краске, и прикасаться к чему-либо было нежелательно.
– Сейчас я подозреваю, что ты хочешь бороться с устоями нашего общества.
Вверх пошла уже вторая бровь, а губы против воли стали расползаться в улыбке.
– Таких очень не любят, моя девочка. Боюсь, ты станешь изгоем в свете.
Я напряжённо всматривалась в глаза стоявшего передо мной мужчины и неожиданно вместо заготовленной фразы задала давно мучивший меня вопрос.
– Почему воспитанию старших дочерей вы отдали много времени и сил, но совсем не уделяли внимания нам с Кэтти? Или на Марии «порох» закончился?
– Я решил дать вам свободу выбора…
– Хм… то есть, говоря другими словами… собственный душевный… а может, даже и семейный кризис вы решили прикрыть банальной философией?
Отец хмыкнул и, криво усмехнувшись, умостился в кресле, закинув ногу на ногу. Пожав плечами, я оставила краски на столе, вытерла руки и села напротив.
– Ты не понимаешь… – начал он, – когда в юности на тебя сваливается множество забот…
– Ну да, ну да… давайте догадаюсь… дедушка умер, оставив вам поместье, почти не приносящее дохода. Единственный шанс на нормальное будущее – преобразовать его во что-то более рентабельное… а значит, нужны инвестиции… то есть деньги.
– С чего ты взяла? Неужели забыла, что дед ещё с тобой играл? Впрочем… в Оксфорде у нас была дружная компания... и один из братьев по клубу как-то обмолвился, что если на скудных землях вместо салата и овощей выращивать лаванду (а как ты знаешь, в нашем графстве даже пасти баранов менее выгодно, чем тот же салат), то это будет приносить постоянную прибыль. И он даже готов закупать её для своих мыльных цехов. Вот только поместье было в долгах.
– И в майорате, который не продать… – добавила я, хмыкнув. – Поэтому вы решили искать выгодную женитьбу.
Эдмунд Стонтон печально смотрел какое-то время в пространство.
– Фанни тогда казалась просто идеальным решением проблемы… – глухо продолжил отец. – Красавица, от которой нельзя оторвать взгляд, тихая и застенчивая, с прекрасными, как тогда выглядело, манерами… Встретив её, я никак не мог перестать о ней думать… мы пересекались на музыкальных вечерах и картинных галереях. В Баде не так много развлечений, честно говоря…
– И конечно, сумма приданого никак не влияла на ваши мысли? – съязвила я.
– Отца больше смущало её положение в обществе… но ты права. Когда старый Тревис прибавил ещё пять тысяч фунтов, батюшка дал согласие на брак.
М-да… дороги нынче потомственные аристократы… но как быстро решают вопросы…
– Разве можно выбрать жену после нескольких встреч в обществе? – спросила я оторопело.
– Не могу сказать, что твоя мать вообще не дала мне семейного счастья, – смущённо произнёс мужчина. – Но… то, что мы видим от женщин в обществе и в семье… совершенно разные вещи. Да и в свете… она с возрастом совершенно разучилась себя вести.
– Или удачно притворялась… – со смешком добавила я. – Но ведь вы могли её аккуратно поднимать до своего уровня. Столько лет вместе…
– Вначале Фанни почти всегда была беременна, и её мучила тошнота… я пытался ей читать, но она утверждала, что книги воняют.
– Не нужно было постоянно гнаться за наследником, – ответила я довольно жёстко.
– Ты можешь мне не верить, моя девочка, но будь моя воля… вас бы было намного меньше…
– То есть, – прищурившись, переспросила я, – это мама требовала от тебя детей?
– Она жаждала сына, – пожал плечами мистер Стонтон. – Боялась потерять положение.
– Вполне на неё похоже… – выдохнула я. – Но какое это имеет отношение к образованию?
– Когда умер отец… был тяжёлый период… мне показалось, что всё это неважно… главное, что… мы с матерью любим вас…
Хм-м-м… много самооправдания. Какой вывод сделала я? Именно дед требовал держать гувернантку и следил за воспитанием внучек. А папаша, разочаровавшись в жене, умыл руки. И вот после смерти старого Стонтона всё и пустили на самотёк.