– И часто она просит его звать? – спросила тётя у меня.
– Не знаю, как насчёт «звать», но уделяет она этому проходимцу неприлично много времени и внимания, – ответила я, стараясь оторвать Ника от найденной им на земле пакости.
Маргарет с удивлением взглянула на меня, а затем произнесла:
– Говорят, он весьма привлекательный молодой человек.
– Очень красив. Думаю, настолько же хитёр и изворотлив.
– Красота в мужчине не олицетворяет порок, моя дорогая, – с улыбкой мудреца заметила женщина. – Возьми хоть, к примеру, твоего дядю Эдварда. Я не знаю более правильного и порядочного человека. И в то же время ты не можешь не признать в нём первого красавца!
– Дядя лишь исключение, подтверждающее правило, – со вздохом выдала я, вызвав смех у тёти.
– Ну уж нет… – с улыбкой заявила она, – я сама составлю о нём впечатление.
Я лишь со вздохом пожала плечами. Всему своё время, как говорится.
Вечером мистер Уэст блистал. Этот малый с лёгкостью кружил головы дамам и входил в доверие к джентльменам. Из него получился бы великолепный мошенник… или шпион.
Фанни, как всегда, не смогла обойтись простым семейным праздничным ужином, и к нам набилось ещё человек двадцать различных гостей. «Кильки Стонтона» хотелось теперь набить при входе. Самую большую залу решено было отдать под танцы, так что остальные теснились в нескольких остальных комнатах, а вместо полноценного ужина стояли столы с закусками и выпивкой, к которым подходили гости. Нормально рассадить всех в одном месте просто не было возможности. Это всё-таки не Селл Парк.
Тётя выполнила своё обещание, и я наблюдала, как она беседует с молодым человеком с довольно серьёзным выражением лица. В конце она уже улыбалась и мечтательно задумывалась, глядя в окно. Блин, забыла… они по сюжету из одного городка.
Затем Гаррет закружил в танце Лиззи, а подошедшая тётя вполне приятно о нём отозвалась.
Ещё одним сюрпризом для меня оказался Бэрти. Он почему-то был среди гостей. То ли дядя Арчибальд его с собой притащил, то ли отец неожиданно расщедрился на приглашение.
Как бы то ни было, это недоразумение принялось с прежней силой ухаживать за мной. Уделяя столько внимания, что я не знала, куда от него спрятаться. Пришлось даже отсиживаться какое-то время на кухне, спасаясь от его навязчивости. Выручили меня карты, ради которых часть мужчин удалилась в подготовленную комнату. Среди них вдруг оказались как Бэрти, так и Гаррет. То, что Уэст картёжник, я помню, но неожиданное пристрастие помощника немного напрягло.
[1] Старый Нолл – Оливер Кромвель, руководитель Английской революции, в 1653-1658 годах – лорд-протектор Англии, Шотландии и Ирландии.
Глава 38
Если не считать поникшую Джанет, что старалась не портить всем остальным праздник, а потому слишком наигранно и неестественно улыбалась, то Рождество для семьи прошло весьма приятно и, можно сказать, весело.
Даже Фанни отвлеклась от раздражающих её событий и умудрялась какое-то время не пенять старшей дочери за бегство Бёрли. Правда, в чём тут была её вина, непонятно.
Больше всех казалась счастливой Лиззи. Она очень много времени уделяла Уэсту. Впрочем, вбитые с детства условности не давали ей забывать о приличиях, да и небольшая теперь сухость самого Гаррета, появившаяся в общении с ней, не позволяла окончательно потерять голову. Что вполне понятно, учитывая, что для всего общества мы так и оставалась бесприданницами. А молодой человек увлечённо «окучивал» все местные «шишки».
Сёстры уже давно знали про пекарню, но, как по секрету сообщила Кэтрин, Фанни запретила кому-либо рассказывать, что младшая Стонтон занимается таким неприличным для аристократки делом – ведёт бизнес.
Получалась странная ситуация, при которой он как бы есть, но все делают вид, что его нет.
Может быть, Лиззи и похвасталась бы, чтобы привлечь внимание молодого человека, но была уверена, что всё принадлежит только мне и остальные не получат впоследствии и цента, а я лишь помогаю родителям, что делало эту информацию совершенно бессмысленной для ловли женихов. Даже, скорее, наоборот.
В этот раз из-за свадьбы Марии выработанная с годами система местного гостеприимства была нарушена. Обычно семейство Тревис приезжало только на Рождество и покидало нас перед Новым годом. Но уезжать, чтобы вернуться через неделю на венчание, все посчитали нецелесообразным.
Фанни была только рада. Маргарет реально помогала. Правда, мать очень тяготило то, что у лондонских гостей мало развлечений. Так что на новогодний бал местного собрания (во всё том же многострадальном Селл Парке) было решено направиться всем кагалом (спасибо, что у дяди был свой экипаж). Благо на празднике присутствовали не только аристократы, но и богатые дельцы, а также уважаемые люди графства, вне зависимости от сословия.