— Анна, как вы себя чувствуете? — слева от меня стоит фельдшер. — Не совершайте резких движений. Прилягте и постарайтесь успокоиться. Дышите ровно, — тёплые руки ложатся на мои плечи, именно в том месте, где сейчас касался Антуан.
В сознание как на повторе звучат бранные слова.
Как успокоиться?
Непосильно.
— Как давно с ней происходит подобное? — к Сергею вполуоборот осторожно обращается, и аппарат для измерения давления ближе к себе придвигает.
— Не знаю, — в полном замешательстве ответил брат. — Понимаете…
— Не понимаю, — сурово отчеканила женщина. — Ваша сестра в таком состоянии, а вы не знаете. Анна, скажите, как давно у вас начались обмороки? Может было недомогание? Лёгкое головокружение? — вновь обращается ко мне.
Манжет до двуглавой мышцы плеча натягивает, стетоскоп в ушные раковины вставляет, в правую руку манометр берёт, а в левой удерживает нагнетатель с клапаном отдачи. Накачивает воздух и постепенно его выпускает, прокручивая металлическое колёсико, внимательно следит за основными показателями.
— Недавно.
Фельдшер недовольно фыркает, смолкнуть велит.
— Когда ели? — аппарат убирает и что-то в своём одноразовом блокноте записывает.
— Не помню.
Реально не помню. Видимо, последний приём пищи был ещё в Греции. Утром, когда мы с Антуаном.
— Хорошо. Дата последних месячных? — задаёт ещё один вопрос, на который я и ничего не могу ответить, только понуро опускаю глаза.
Женщина гулко выдыхает и с полным пренебрежением смотрит на Сергея. Становится ясно, что он ей чрезвычайно неприятен. Не пойму, чем именно, но что-то произошло, пока я была в отключке или врача до такой степени огорчила полная безучастность Сергея в моей жизни?!
— Вам лучше отвезти вашу сестру в больницу. Мы можем сейчас её забрать. Необходимо произвести полное медицинское обследование. Конечно, одна основная догадка у меня есть. Вероятно, девушка беременна. Но! — вздёргивает указательный палец вверх и перед ошеломлённым лицом моего брата водит. — Я могу ошибаться. Ведь бывает всё что угодно. От банального недомогания до серьёзных нарушений работы всего организма.
Глава 49
Везти меня в районную больницу Сергей наотрез отказался. Видите ли, там полная антисанитария, да и медицинский персонал хреновый. Со слов брата понабрали работников с липовыми корочками и ликуют. Не лечат людей, а калечат. Технологии устарели, специальная аппаратура подводит. Аргументы так себе. Что-то мне подсказывает, что у него предвзятое отношение. И когда он успел стать таким?! Тоже мне выхухоль с густо набитым кошельком. Лучше бы не умничал, перестал кривиться и всячески принижать лечебное учреждение, а немедленно оказал спонсорскую помощь, внёс благотворительный взнос на лицевой счёт.
Конечно, ответ старшенького мне и без слов известен.
Зачем протягивать руку помощи кому-то, если само государство не желает позаботиться о собственном народе. В стране ситуация не улучшается в целом, а с каждым днём ухудшается.
В один момент подумала, что всё потеряно и Сергея не спасти, обезумел и увяз в грязи, поддался искушению и просто заплутал в мире роскоши. Но, не всё так плохо, и выдохнула с облегчением. Мой драгоценный братик не окончательно превратился в черствевшего сноба.
Знаете, что заметила, когда у человека полным-полно денег, он скупее становится. Лишний раз копейку от сердца оторвать не может.
Серый удивил, выбрал специализированное учреждение, а именно «Детский дом для глубоко умственно отсталых деток». Каждый месяц переводил необходимые средства для лечения и всячески старался поддерживать, даже регулярно приезжал. Несколько раз добровольно вызвалась поехать с ним и скажу вам одно: невозможно передать словами, что испытала в ту секунду, когда увидела счастливого мальчишку, улыбающегося во все свои десять кривых зубов.
Да малец особенный. Нет! Не в плохом смысле этого слова. Не инвалид, не знаю какое животное сможет назвать ребёнка уродом, вероятно, и вовсе не человек. Обычное млекопитающее не способное правильно мыслить, которое охотно ест, спит и какает. Подобные детки, посланники небес. Светлые и душевные, просто замечательные. А сколько огня в глазах, любви и высочайшей благодарности. И как чистосердечно радовались многочисленным подаркам. И я не смогла сдержаться. Помню, после того как поспешно уехали из пансиона, длительное время плакала, да и собственно, находясь в окружении мальчишек и девчонок едва сдержала свои бурные эмоции. Это невероятно сложно, но только ради малышей всячески старалась улыбаться. И я улыбалась. От души радовалась и сердечно благодарила Сергея, что он добровольно вызвался помогать детскому дому. И, конечно, за то, что взял меня с собой.