– Конечно, ты бы не стал, – выдохнула она, моргая на меня. – Ты хороший мальчик.
– И ты очень добра ко мне, – наклонившись ближе, я накрыл ее руку своей и прошептал:
– Итак, все, что мне нужно от тебя, это рассказать мне, что ты знаешь о ней, или, еще лучше, дай мне посмотреть ее досье.
– Ни за что, Джонни. Она прикусила нижнюю губу. – Если кто–нибудь узнает, моя работа будет под угрозой..
– Ты думаешь, я доставлю тебе неприятности, Ди? – я проговорил, слегка покачав головой. – Это может быть нашим маленьким секретом. – Боже, я был полным ублюдком, играя на эмоциях этой бедной женщины.
Но я хотел получить информацию, черт возьми.
Мне было очень любопытно узнать о Шэннон, а точнее, что случилось с ней в ее старой школе.
Слова мистера Туоми закинули семя в мою голову, и я умирал от желания узнать.
– Прости, дорогой, но на этот раз я не могу тебе помочь, – ответила Ди, поджав губы. – Мне нужна эта работа.
Расстроенный, я покачал головой и взял себя в руки, прежде чем попытаться снова:
– Можешь хотя бы дать мне номер ее шкафчика?
– Зачем тебе это нужно? – глаза Ди сузились
– Просто нужно, – парировал я, теперь тон немного жестче.
Я был взбешен.
Я не привык, чтобы мне говорили «нет».
Когда я о чем–то просил, я обычно это получал.
Это был дерьмовый путь, но так сложилась моя жизнь.
– Я уже говорила тебе, – парировала она. – Мистер Туоми сказал, что ты не должен приближаться к ней…
– Это номер ее шкафчика, Ди, а не гребаный домашний адрес, – огрызнулся я, раздражение росло. – Ты ведешь себя так, будто я гребанный убийца или что-то в этом роде.
Тяжело вздохнув, Ди удрученно кивнула и подошла к шкафу с документами.
– Ладно.
– Спасибо, – ответил я тоном, полным сарказма.
– Но ты получил номер не от меня, – проворчала она, роясь в каждом ящике, пока не нашла нужную папку.
– Отлично.
– Я серьезно, Джонни. Мне не нужны проблемы.
– Мне тоже.
Открыв папку, она быстро просмотрела первую страницу, прежде чем захлопнуть ее.
– Шкафчик 461. В крыле третьего курса.
– Отлично, спасибо за это, – я схватил ручку и нацарапал номер на тыльной стороне ладони, прежде чем направиться к двери. Остановившись в дверях, я обернулся и спросил: – Ты можешь хотя бы сказать мне, как она?
Ди вздохнула. – Последнее, что я слышала, мать повезла ее в отделение неотложной помощи на рентген.
– Рентген? – я нахмурился, беспокойство терзало меня изнутри. – С ней все в порядке, не так ли? Когда она ушла? Она шла и все такое? Я имею в виду, она будет в порядке, верно?
– Да, Джонни, я уверена, что с ней все в порядке. – Она взяла ручку с прилавка и надела на нее колпачок. – Это просто мера предосторожности.
– Правда?
– Ага.
Неуверенный, я выпалил:
– Ты думаешь, мне стоит поехать – в больницу, то есть? – пожав плечами, я добавил – Должен ли я навестить? Это моя вина, что она в больнице. Я несу ответственность .
– Определенно нет! – Ди огрызнулась, в ее тоне появились властные нотки. – Если ты знаешь, что для тебя хорошо, Джонни Кавана, ты будешь держаться подальше от девушки, – она громко фыркнула, прежде чем добавить гораздо более тихим тоном – Между нами говоря, ее мать жаждет твоей крови. Тебе лучше избегать любых контактов с ней. И если я буду честна, девушка просто не кажется… – она сделала паузу, на мгновение прикусив нижнюю губу, прежде чем закончить, – ну, стабильной.
– Что ты имеешь в виду, она не стабильна? – мои брови нахмурились.
Ди грызла свою ручку, выглядя смущенной.
– Ди? – я желал услышать ответ. – Что ты хочешь этим сказать?
– Может быть, стабильный – не совсем подходящее слово, – признала она низким тоном. – Но в ней есть что–то… не такое.
– Не такое?
– Беспокойна, – уточнила Ди, а затем исправилась, сказав: – Встревоженная. Она кажется встревоженной.
Ну и дерьмо.
Поверьте мне, я зациклился на безумии.
– Верно, – пробормотал я, снова поворачиваясь к двери. – Спасибо, что помогла
– Держись на расстоянии, Джонни , – крикнула она мне вслед. – И держись подальше от больницы.
Погруженный в размышления, я вышел из офиса с конвертом в руке. Прошелся по левому крылу главного здания, остановившись у ряда свежевыкрашенных синих шкафчиков за пределами общей зоны для третьекурсников.
Я просмотрел ряды в поисках шкафчика номер 461. Когда я нашел то, что искал, я просунул конверт через крошечную щель в верхней части металлической двери.
Мне было все равно, если ее мать не хотела денег, она могла сжечь их, мне было безразлично, но я должен был отдать их им – точнее ей.
Поправив школьную сумку на плече, я сунул руку в карман и достал ключи от машины, приняв решение пропустить остаток дня и подождать Гибси на парковке.
Кроме того, не было никакого смысла идти на урок прямо сейчас.
Я не мог сосредоточиться на предмете по бизнесу, даже если бы попытался.
Моя голова была слишком затуманена словами предупреждения и образами грустных голубых глаз.
Прогуливаясь по студенческой парковке, я открыл свою машину и бросил вещи на заднее сиденье, прежде чем залезть внутрь.
Измученный и уставший, я отодвинул сиденье и отрегулировал кресло, чтобы можно было вытянуть ноги.
Мысль о вождении с болью, которая в настоящее время сжигает мои бедра, была нежелательной, но это не было моей главной заботой прямо сейчас.
У нас в Томмен было много пансионеров, студентов, приезжавших учиться со всей страны и из некоторых частей Европы.
Я жил в получасе езды от школы, так что я был одним из тех, кто ходил днем. Большинство моих друзей являлись такими.
Я знал, что Шэннон тоже из Баллилаггина, но я никогда не видел ее до того дня.
Это была небольшая территория, но она была достаточно объемной, чтобы наши пути никогда не пересекались до сегодняшнего дня – или, может быть, пересекались, и я просто не помнил ее.
Я не был силен в лицах Я не смотрел на него достаточно долго, чтобы запомнить. Мне было все равно. У меня было достаточно имен и лиц, которые нужно было помнить. Добавление ненужных имен незнакомцев в этот список казалось бессмысленным занятием.
До этих пор.
Встревоженная.
Так ее назвала Ди.
Но разве все подростки не были иногда немного испорченными и встревоженными?
Я был так поглощен своими мыслями, что не заметил и, как сорок пять минут спустя прозвенел последний звонок, и поток учеников, садящихся в машины вокруг меня. Только когда пассажирская дверь моего авто распахнулась, я рывком вернулся в настоящее.
– Привет, – поздоровался Гибси, опускаясь на пассажирское сиденье рядом со мной. – Я вижу, твое сердце все еще настроено на то, чтобы выглядеть наполовину бездомным, – добавил он, отбрасывая кучу грязи со своих ног. Потянувшись, он бросил сумку на заднее сиденье. – Здесь чертовски воняет, чувак.
– Ты всегда мог бы подышать свежим воздухом, прогуливаясь, – проворчала я, протирая глаза, прогоняя сон. Да, я так чертовски устал.
– Расслабься, – парировал Гибси, а затем хихикнул, прежде ,чем добавить, – Не нужно так раздражаться.
– Очень смешно, мудак, – невозмутимо сказал я, моя рука немедленно переместилась к моему члену. – Теперь ты действительно можешь выйти и идти.
– Вот, – он сделал паузу, чтобы бросить мне на колени папку ванильного цвета, – ты не сможешь заставить меня идти пешком после того, как я принес тебе это.
– Что это? – я уставился на папку
– Подарок, – ответил Гибси, поправляя козырек головного убора.
– Домашнее задание? – невозмутимо проговорил я. – Вау. Большое спасибо.
– Личное дело Шэннон, – поправил он, закатывая рукава джемпера. – Без сомнения, твоя одержимая задница искала его.
Ну и дерьмо.
Тревожная волна возбуждения пробежала по мне, когда я уставился на папку в своих руках. Мой лучший друг знал меня слишком хорошо.