- Я конечно рад знакомству, но не жди от меня веры в этот рассказ. Я готов дать тебе шанс, если принять в расчет мои чувства, вызванные появлением в городе, и то, как искренне отреагировали все люди. Возможно, я сошёл с ума, но все, что происходило со мной, в последующие пару дней, вызывали у меня только вопросы, но теперь, у меня есть шанс убрать этот ворох, из своей головы, надеюсь дельными ответами. Так что, пожалуй, приступим. Расскажи все, - Сакрума охватило желание узнать как можно больше, может быть их странное поведение, вызвано столь долгим отделением от остальных людей, что им показалось, будто они жили в своём мире. Но каждое слово, будоражило какие-то знакомые остатки памяти, забытые Сакрумом, словно в одном из своих снов без сновидений, он упустил в них эти подробности, возникавшие в этот миг, но не рассмотренные подлежащим образом.
Аукселиариус действительно намеривался рассказать все. Сакрум провел в такой обстановке уже больше двух часов, сидя на одной из лавок, в отдалённой части города. Эти люди, верили в некое предание, что когда-то было найдено в лесах. Аукселиариус даже прочитал ему несколько строк, в которых было сказано про юношу, что освободит мир от ужасов, принёсённых с собою хаосом. Хоть Сакрум давно решил для себя, что ему здесь делать нечего, но он хотел дослушать эту историю. Картина приобретала краски, собирая на своём полотне все слова и складывая их, как фигуры, на шахматной доске. Сакрум стал всматриваться в её глубины, заводящие дальше, пока, наконец, рассказ Аукселиариуса не дошёл до Страмбарда и существ, коих звали анксиусами. Эта история интересовала Сакрума больше всего, но не только стремлением узнать название фигур, оказавшимися на противоположной стороне, шахматной доски, а их описание. Кошмар, привидевшийся ему на поляне, беспокоил его до сих пор. Фиолетовый оттенок кожи, крупные существа, с острыми когтями - названые на местном наречии, анксиусами, с точностью походили на тех, коих видел во сне Сакрум. Это совпадение насторожило, и он попросил Аукселиариуса более подробно описать этих тварей, на что последний дал согласие, - Доводилось мне убивать этих созданий и не одного или десятерых, а целую армию. Но их количество так и не убавилось, и так мы проиграли нашу последнюю битву за Страмбард, - удовлетворив просьбу Сакрума, продолжил Аукселиариус, затронувший в этот момент, еще одну тему, которую Сакрум хотел бы изучить подробнее.
Немало времени ушло у Аукселиариуса на рассказ о династии, правившей Страмбардом и, об их дочке – Камиле, потерянной в тот миг, когда потери были и так не выносимы. Все начиналось рассветом и, как и во всех трагических концах, падением. Король, до последнего дыхания, защищал замок, но не выстоял и проиграл битву. И тут, на сцену вышел главный зачинщик всех страданий – полупризрак, весьма непонятно названный, персонаж рассказа Аукселиариуса. Хотя, к чему тут придираться, Сакрум не мог даже представить, что значит - «еле призрак». Но, подождав описания, Сакрум не мог не согласиться с таким названием, ведь, в данном случае, оно было подходящим: - Тело, объято дымкой, словно туманом, а глаза, светящиеся желтым цветом, прогрызают твоё тело. Леденящие глаза, заставляющие задуматься, откуда, на самом деле исходит угроза – от его когтей, служащих ему оружием, или от его взгляда – глаза Аукселиариуса застыли в одном положении, похоже, добравшись до отдалённой ячейки своей памяти в этот момент. Но это продлилось недолго, и если бы Сакрум не заметил странное поведение его собеседника сразу, то мог бы подумать, что ему показалось. Аукселиариус опомнился и, улыбнувшись Сакруму, продолжил рассказ.
Небо укутала темнота, напоминая, что время дня подошло к концу. Там где есть тьма, всегда будет и свет, поэтому луна, все еще представшая в виде полумесяца, выглянула из-за своего укрытия и направилась на небосвод, чтобы осветить мир. Рассказ неожиданно завлек Сакрума. Он забыл обо всём и жадно слушал, стараясь вникнуть в каждое слово. Аукселиариус давно отошел от этой темы, но Сакрум никак не мог забыть о девушке, которая являлась наследницей Страмбарда. Аукселиариус сказал, что она пропала, когда замок был развален. Глупо было думать, что она могла быть живой… Он перестал об этом думать, как только понял, что может пропустить нечто важное в словах Аукселиариуса, который не на миг не прерывался. Этот мир словно становился реальнее для Сакрума. Ведь каждая мелочь, рассказанная Аукселиариусом, придавала ему уверенности, что он действительно оказался по ту сторону его реальности. Ответы, которые так давно хотел получить Сакрум, совсем не так повлияли на него, как он рассчитывал. Ведь теперь, когда он понял, что оказался так далеко от своего прошлого, захваченный пучиной странных событий, он застыл, еще раз прокручивая этот вывод у себя в голове. Его тело охватил озноб, словно оно уже предчувствовало испытания, что поджидали его в будущем, пока его разум чувствовал себя в густом тумане. Голова кипела от полученных знаний, но в то же время, казалось в ней зияет пустота – пробитая чудовищным непониманием происходящего. Они сидели до тех пор, пока последняя из звезд не зажглась на небе, словно последнее слово, в рассказе Аукселиариуса.