Уже немало времени прошло с тех пор, когда Аукселиариус забрал заказанный им меч, но он все еще сидел в кресле своего дома и любовался выполненной им работой. Конечно же, он не идеально все убрал, ведь еще нужно много чего передвинуть, много чего убрать… но на это не хватало мирного времени, которого, по сути, вообще не существовало. Поэтому ему пора было возвращаться, и сделать это он собирался прямо сейчас. Пускай, мир затянула темнота, и Аукселиариус уже слышал, как первые капли будущего дождя постукивали по окнам его дома, но он все равно решил, что медлить с возвращением обратно больше не стоит. Собрав все необходимое и завернув изготовленный сегодня меч в тряпки, найденные им при уборке, Аукселиариус уже открывал двери, но за их пределами его уже встречал незнакомец, который явно был испуган. Этот человек не ожидал, что двери этого дома откроются так быстро, но придя в себя, он озвучил то, что хотел сказать.
- Аукселиариус! Как хорошо, что вы еще не ушли, прошу, помогите! На деревню напали анксиусы.
Аукселиариус не мог поверить тому, что сейчас услышал, но он хорошо понимал, что в данной ситуации стоит сохранять спокойствие, ведь в этом поселении не было воинов, кроме него одного и организовать какое либо сопротивление не было возможности.
- Слушай меня внимательно. Приводи сюда всех, кого только сможешь, мы уходим. Я буду ждать вас здесь, а теперь скорей, нельзя медлить! – Аукселиариус пытался, как можно внятней объяснить его план, и, похоже, ему это удалось.
Прошло уже порядком минут пятнадцать, но Аукселиариус терпеливо ждал, оставаясь, все это время под дождем, который ускорял свое падение с небес. Он единожды зашел в дом, но только затем, чтобы взять плащ, который сейчас помогал ему от непогоды. И вот, впереди уже виднелись очертания людей, идущих к нему. Аукселиариус насчитал ровно двенадцать человек, включая и того, кто сообщил ему о нападении. На вопрос – где все остальные жители города, Аукселиариус не получил полного ответа и обзавелся лишь догадками: «Наш город находится рядом со Страмбардом и нападения ожидали. Но за столь долгое время, мы позволили себе расслабиться, поэтому я не могу сказать точно, укрылись ли все в лесах, как было задумано на случай нападения». Так или иначе, у них не было возможности возвращаться и искать всех остальных, ведь время не позволит играть с ним не по правилам, задерживаться дольше здесь нельзя. Прекрасно это понимая, Аукселиариус скомандовал следовать за ним в чащи леса. Указав всем проход, который вел в лес, он сам дождался, пока последний из его попутчиков скроется за лесным покровом, чтобы проследить - не заметили ли их анксиусы, и, кинув прощальный взгляд на свой дом, поспешил за ними. Дождь постукивал о листву деревьев не в силах пробить брешь в это темное царство, в котором сейчас находились Аукселиариус с уцелевшими жителями деревни. Все шли друг за другом, доверившись лишь знаниям Аукселиариуса, который прекрасно ориентировался в этих лесах. Сгруппировавшись по двое, они шли шаг в шаг за Аукселиариусом и останавливались лишь тогда, когда он велел им – показывая рукой жест. Правила этого похода были обговорены еще при первых минутах, а одним из главных, было молчание – даже Аукселиариус не знал, какие опасности есть в этих лесах, ведь после того, как полупризрак явил себя в этих землях, с ним пришли иные существа, поселившиеся в лесах. Сам Аукселиариус лишь слышал сплетни, говорившие о том, как опасно ночью путешествовать сквозь эти леса, ведь именно это время является их излюбленным моментом, чтобы вылезти из своих пристанищ. Сейчас он вряд ли хотел проверять их правдивость, подвергая себя и всех остальных опасности, лишь потому, что не предусмотрел и такую возможность. А его осмотрительность по этому поводу, подкреплялась тем, что он никогда прежде не ходил этим путем в сумерках. Но, один из спутников Аукселиариуса все, же решил нарушить их обет молчания, - Мы уже порядком отошли от города, давайте немного отдохнем, - пусть, после этих слов, другие жители стали его отговаривать от этой затеи, он продолжал упрямиться. Тогда Аукселиариус решил рассказать ему об этих лесах поподробнее, местами украсив правду вымыслами, чтобы немного прибавить энтузиазму и остальным, кто мог бы поддержать идею привала. После этого, обет молчания вновь вступил в силу, а идея об отдыхе отошла в сторону.