Солнце прощалось с лесом, купая его в последних лучах, устремляясь дальше, даря своё место не небосводе луне. Сакрум сидел возле озера, упершись спиной о дерево, помогающее ему сохранять нынешнее расположение, и дремал, восстанавливая своё тело после, столь губительных на его силы, плавательных заходов. То, что было всего-навсего секундой в мире Сакрума, внутри пещеры, оказалось парой часов, которые Сакрум уже ни как не наверстает. Время – это бесценный дар, позволяющий жить внутри его купола, не заботясь о его желаниях, но наблюдая за движением, чтобы не потерять с ним связь. Лишиться его поддержки – значит умереть, возможно, не телесно, но всё же, умереть для тех, кто остается под сводами невидимого проводника в будущее и Сакрум это знал. Пока его мысли было заняты этим, Сакрум успел уже переодеться в более теплую одежду, соответствующую вечернему холодку, а вечер тем временем, готовился к превращению в ночь. Но Сакрум не собирался так быстро сдаваться и завершать его сегодняшний вечер своим возвращением домой, а твердо решил сделать крюк через лес. Полнолунний свет залил ночное небо – что могло быть удачнее для его целей? Так как его путь прекрасно просматривался уже от озера, не было и мысли о том, что Сакрум может заблудиться – лес был его вторым домом. Погрузив сумку себе на плечи и перекинув её за спину, Сакрум отправился в лес, кидая прощальный взгляд на озеро, покрытое ночным одеялом, в ожидании теплых лучей солнца. Как долго ему придётся идти, сквозь лесные тропы Сакрум не брал в расчёт, так как шел туда, лишь для того, чтобы продлить свои приключения. Его шаги не успели утратить звук хрустящих веток под ногами, как забытый Сакрумом «призрак» времени уже вылетал из озера вслед его забывчивому приятелю, что бы еще раз преподать ему урок…
Густой туман закрывал небо, уводя весь лунный свет за собой, оставляя лишь темноту. Звезды попадали в туманные сети и угасали – будто, утратив свою свободу, они теряли и силу. Впервые за время его пути, он вспомнил о времени, что теперь рассвторялось в этом тумане. Было уже поздно – десять или одиннадцать часов, Сакрум точно не знал. Его маршрут вел через самый длинный проход, который извивался как змея, поворачивая то влево, то вправо, но Сакрум сам выбирал его, и теперь ему оставалось лишь покорно идти. Становилось темнее, туман все густел, не опускаясь вниз, сосредоточивая все силы на небе и укрывая последние остатки луны в своей паутине. Дорога превращалась в темный океан под ногами, но прежде Сакрум успел заметить одну деталь. Там, где его змееподобный путь, в который раз сворачивал направо, находилась развилка, разбивающая его на две дороги. Теперь же, он едва мог разглядеть свои ноги, которые казались утопленными в болоте из темноты, поэтому точно вспомнить ходил ли он по нему ранее, Сакрум не мог. Прикинув примерное расположение его дома и нынешнее местонахождение, он выбрал ту дорогу, которая должна была на порядок сократить его путешествие. Да, ему нравилась прогулка, но до тех пор, пока она не превратилась в гадание на туманной гуще. Пытаясь ответить на вопрос – а туда ли вообще я иду? Сакрум старался отбрасывать нарастающее напряжение. Его руки машинально стали теребить веревку котомки, отвлекая их владельца от лишних мыслей.
Судьба была снисходительна к нему, и туман отступал, даря луне законное право владеть небосводом. Сакрум теперь видел, куда он ступает, и смог даже немного просмотреть окружение. Каждое дерево оставалось для него не знакомым, словно он никогда прежде здесь не ходил. Но такого просто не может быть! Или может? Мысли продолжали путаться, словно превратившись в липкую паутину, и Сакрум угодил в эту ловушку – будто насекомое. Всё больше разных суждений опутывали его, и чем больше он старался найти ответы - тем сильнее увязал. Не сразу, но довольно скоро он, все же, нашел что-то в своих воспоминаниях, когда путь вывел его на тропинку ведущую вперед, до того изворачивающуюся в непонятном направлении. Картинка за картинкой влетали в его голову, и каждая из них пробуждала тревогу – это был его сон! Все с точностью, каждая деталь из мира сновидений накладывалась на полотно реальности, создавая единую картину, которую нельзя было отличить от той, что рисовали для него во сне. Дойдя до того момента, когда последнее из воспоминаний расскажет ему дальнейшее действие, Сакрум остановился, боясь сделать следующий шаг. Поворачивать назад, было полнейшей глупостью, и Сакрум заставлял себя успокоиться и вернуть контроль над своими мыслями. Но его голова, помимо собственного голоса, хранила еще и голоса других… чужих мыслей. Она вдруг взорвалась болью. Уши заложило, а руки вспотели. Боль продвигалась всё глубже, захватывая всё сознание. Глаза зажмурились сами по себе, словно пытаясь спрятаться от боли, или найти её причину где-то внутри век. Но Сакрум всё же взял себя в руки и, потерев виски, он с чудом обнаружил некое подобие спокойствия. Головная боль отступала, оставляя после себя решение, которое недавно казалось сомнительным. Сакрум медленно сделал пару шагов вперед, после чего немного постояв и убедившись в том, что ничего не происходит - продолжил свой путь. Вокруг царила сплошная тишина. Сколько времени ушло почём зря! Нужно идти дальше.