Нить дернулась. Сначала он подумал, что теряет с ней связь и вот-вот, она исчезнет. Но, следующая мысль оказалась более точной – ему нужно двигаться и, прямо сейчас! Сакрум отошел в направлении, куда звало его ощущение этой нити и, увидел, как анксиусы пролетают мимо него – целясь именно в то место, где он секундой назад был. В этот момент, он вдруг понял, что до этого словно не видел их. Будто, всё окружение перестало существовать: лес, кусты, даже сам момент атаки анксиусов – ничего. Потому что, не это было важно тогда, а внутреннее состояние, что сейчас достигло своего пика. И только теперь, он увидел всё это, но куда важнее – он увидел, как анксиусы переменили своё прежнее настроение. Израненные собственными когтями, они не излучали уже той дикой злобы и ярости. Их дыхание стало хриплым и сбитым, от того, что они столкнулись с тем, чего прежде не встречали - промах. Это было не подвластно их пониманию. Пусть этот момент продлился недолго и анксиусы вновь вернулись к прежнему желанию уничтожить свою цель, но Сакруму было достаточно осознания, что он это увидел. Это было видение его победы. И нить состояния, что в это мгновение, словно раздалась вибрацией – заполняя его тело приятным теплом, это подтверждала. Его рука, державшая меч, направила его острие в сторону анксиусов, показывая им серьезность намерений. Это был их последний шанс отступить, но они его не восприняли как таковой, а трактовали - как возможность разжечь внутренние костры гнева. Этот огонь заставил их тут же вновь попытаться наброситься на своего врага. И не думая ни секунды, они принялись исполнять задуманное. Сакрум же, не сходил со своего места, следя за их движениями. Каждый их шаг, каждый вздох и выдох. Набухание мышц на ногах от напряжения, чтобы сделать прыжок. Движение их плечевого сустава руки, с которой планировалось вцепиться когтями в цель. Всё это позволило ему точно определить момент и направление своего удара. Он один раз ударил мечем, проведя им линию по дуге, а анксиусы обзавелись глубоким порезом на руке, что пыталась попасть в цель, но так и не получила желаемого. По началу, они даже не придали этому значения, ведь им не впервой получать раны в бою. Их внимание было занято тем же непониманием происходящего с одним единственным вопросом на двоих – как они промахнулись? Их враг на этот раз даже не сдвигался с места, не получив при этом ни царапины. Однако, чуть позже, когда они попытались повторить попытку – их мнение насчет ран, изменилось. Это было не обычно, но у обоих, рука, по которой попал меч Сакрума – перестала их слушаться, словно онемев. Но Сакрум всё же ошибся и не смог достаточно глубоко провести этот удар, как хотел. Их руки практически вернули свою привычную функциональность и, заметив это, они сразу же решили воспользоваться ими снова. Но, на этот раз, было решено действовать обдуманно. Они разделились и, словно хищники, играющие со своей добычей, стали кружить вокруг него. Анксиусы двигались в определенном темпе и направлении, а внимание Сакрума снова рисовало ему дальнейшие его движения, чтобы справиться и с этой задумкой врага. Но анксиусы этого и добивались и, когда они поняли, что Сакрум клюнул на их уловку – перешли к следующему ходу. Они резко изменили своё направление и ускорились, став более не предсказуемыми. Это сработало, ведь Сакрум не смог сразу перестроиться на такой резкий переход сценария. Все их движения стали абсолютно хаотичными для него, и он невольно попятился назад. Его рука опустила меч, не понимая, что сейчас делать. Взор анксиусов, видящий сквозь темноту леса впился в свою жертву, которая уже не выглядела способной защититься от них. Когда же они оказались в нужных позициях для осуществления последнего штриха, они вновь поменяли свой темп и направление, устремившись прямиком на Сакрума. В итоге, он оказался в западне. Спереди на него набросилось существо, кроваво яркие глаза которого, ужасающе блестели в темноте, с одним единственным желанием – убить. И, сзади: быстрые и тревожные звуки приближения опасных, острых когтей, что были направлены в его сердце - загребающих сейчас опавшую листву с деревьев на земле. Ему ничего не оставалось делать, кроме как закрыть глаза. Ведь они сейчас не видели ничего, кроме приближающегося страха, в кровавых глазах напротив него. И его рука еще ниже опустилась, поддавшись слабости в теле, вызванная страхом смерти. Вот он, конец. Бессмысленный, страшный и неизбежный…