Спроси его о том, что ты действительно хочешь знать, Роза.
– Позвольте мне перефразировать. Ты спал с кем-нибудь больше одного раза?
– Несколько.
– Сколько это несколько?
– Два, может быть, три.
– Ты не помнишь?
– У меня есть более важные вещи, чтобы занять свои мысли, чем вспоминать такие вещи.
Он прав.
Такой мужчина, как он, вероятно, даже не помнит имени женщины после того, как она у него побывала, не говоря уже о том, сколько раз он брал ее в свою постель.
– Как долго? Сколько дней длились эти отношения?
– Если ты можешь назвать отношениями то, что я трахал женщину сзади, ударяя ее головой в изголовье кровати - то я бы сказал, что не больше пары дней. Максимум неделя.
– Фигурально. Это объясняет, почему я надоела тебе всего через день, ― пробормотала я, отвлекаясь на образы, которые он подбросил мне в голову.
– Хм.
Я закусываю губу, постукивая пальцами по столу.
– Прекрати прикусывать свою нижнюю губу и просто спроси то, что ты действительно хочешь спросить, жена, ― приказывает он, не отрывая глаз от тарелки.
Вместо того чтобы задаться вопросом, откуда он узнал, что я жую губу, я задаю животрепещущий вопрос, от которого у меня уже давно крыша поехала.
– Ты спал с кем-нибудь еще с тех пор, как мы поженились?
– Нет.
При таком вопросе у него хватает порядочности посмотреть мне в глаза.
– Я тебе не верю.
– Мне все равно.
Мы продолжаем молча смотреть друг на друга, ожидая, пока один из нас не сломается.
Никто из нас не знает.
– Я видела блестки на твоей рубашке в ту первую неделю в отеле «Либерти». От тебя пахло дешевыми духами.
– Правда? ― спрашивает он, поглощенный моим маленьким признанием. – Я думал, ты спала?
– Я не спала.
– Ты ждала меня?
– Да.
– Почему?
Я пожимаю плечами, предпочитая притвориться беззаботной, чем сказать ему правду.
Если я признаюсь ему, что я медленно сходила с ума, гадая, когда он снова прикоснется ко мне, или что я не могла выбросить из головы нашу брачную ночь, и что его шлепки по моей заднице, пока я не кончила, были самым ярким и захватывающим событием в моей жизни, я никогда не переживу этого.
Нет.
Не происходит.
Это напускная беззаботность.
Тирнан не сводит с меня взгляда, откинувшись в кресле и скрестив руки на груди.
– До твоего приезда в Бостон я не прикасался к женщине больше года. Стресс, связанный с договором и отправкой Айрис замуж за Братву, убил мое сексуальное влечение.
– В ту ночь он не казался мне мертвым.
– Все меняется. ― Он ухмыляется. – Но вот что я тебе скажу, жена. Я не спал ни с кем, кроме тебя, и в обозримом будущем не собираюсь.
– Потому что ты слишком занятой для таких вещей. ― Я фыркнула, раздраженная замечанием об «обозримом будущем», которое он просто обязан был включить в свою тираду.
– Нет. Потому что если я захочу выйти, дома меня ждет прекрасная жена, готовая и желающая помочь мне.
– Ты очень высокого мнения о себе.
– Я говорю только правду, жена. Если бы я хотел тебя в эту минуту, я мог бы получить тебя. Скажи мне, что я не прав.
– Я ненавижу тебя, ― прорычала я, когда от одного только звука его бархатистого голоса, называющего меня женой, у меня начинает ныть низ живота от желания, чтобы он проверил свою теорию на практике.
– Нет, не ненавидишь, жена. Но ты будешь.
Затем он встает со своего места и подходит ко мне. Мой лоб морщится, когда он осторожно поднимает мой подбородок, поэтому у меня не остается выбора, кроме как откинуть голову назад и посмотреть ему в глаза.
– Спасибо за ужин, Acushla - дорогая. Теперь я буду с нетерпением ждать их в будущем.
Он наклоняется и так сладко и нежно целует меня в губы, что я остаюсь растерянной и совершенно опустошенной, когда он отстраняется.
– Спокойной ночи, Роза. ― Он мягко улыбается, проводя подушечкой большого пальца по моей нижней губе.
– Спокойной ночи, муж, ―- выдыхаю и затем смотрю, как разъяренный мужчина удаляется в свой кабинет, оставляя меня с еще большим количеством вопросов, чем у меня было ответов.
Глава шестнадцать
Шэй
Когда Роза входит в гостиную в белой фланелевой пижаме, которая закрывает ее с головы до ног, я не только разочарован, но и, как ни странно, очарован.
– Шэй? ― Она протирает глаза от сна, приближаясь.
Я не могу винить бедняжку за то, что она устала после того, что мы с Колином вчера сделали с ее телом.
– Доброе утро, лепесток.
– Доброе утро. ― Она зевает, и идет на кухню, чтобы взять кофе.
– Разве я не получу поцелуй с добрым утром?
Она косит на меня глаза, но все равно краснеет.
– Еще слишком рано для твоих дразнилок, ― говорит она между зевками.
Я не дразнился.
Она могла бы носить на голове мешок из-под картошки, а я все равно хотел бы поцеловать ее первым делом.
Но если говорить такие вещи, то это только создаст проблемы и для нее, и для меня.
Насколько я знаю, в квартире Тирнана установлены жучки, чтобы убедиться, что никто не тронет его драгоценность, когда его нет рядом.
Ублюдок.
Наполнив кружку своей ежедневной дозой кофеина, она подходит к дивану и садится рядом со мной.
– Где Колин? Разве он не должен был нянчиться со мной сегодня?
– Неа, ― я произношу я. – Я взял тебя в свое распоряжение на весь день. ― Я игриво подталкиваю ее плечо своим.
– Неужели у тебя нет переключателя? ― бормочет она между глотками, а затем растворяется в подушке, что свидетельствует о том, как она устала на самом деле.
Если бы она только дала мне шанс, я мог бы возбудить ее своим языком. Я быстро отбрасываю эту мысль, пока не наделал глупостей и не посадил ее к себе на колени, чтобы показать, как это делается.
Если подумать…
– Эй! ― завизжала она, чуть не расплескав свой кофе по нам, когда я посадил ее задницу на себя. – Что, по-твоему, ты делаешь?
– Просто хотел кое-что проверить. Дай мне минутку.
Она застыла как доска, держась за свою кружку изо всех сил, пока я запускаю пальцы в ее волосы и утыкаюсь носом в изгиб ее шеи.
– Шэй? ― заикается она, не зная, что делать.
– Еще десять секунд, ―- шепчу я ей на ухо, прежде чем нежно поцеловать его.
Мой член вздымается от возбуждения, когда после поцелуя по ее позвоночнику пробегает легкая дрожь.
Но прежде чем я успеваю устроиться поудобнее и по-настоящему испытать ее сдержанность, лифт квартиры с грохотом открывается, и Даррен проходит в него как мужчина на миссии.
Я знал это.
– Да? ― спрашиваю я безразличным тоном, при этом аккуратно смахивая длинные волосы Розы с ее плеча, чтобы я мог положить на них свой подбородок.
Даррен прочищает горло и делает вид, что смотрит куда угодно по квартире, только не прямо на нас.
– Босс хочет поговорить с тобой, ― бормочет он, протягивая мне свой мобильный телефон и изо всех сил стараясь не смотреть на жену своего босса, сидящую у меня на коленях.
– Он не мог связаться со мной вместо тебя? ― Я самодовольно ухмыляюсь.
– Он знал, что ты… занят.
Конечно, он так и сделал.
Я незаметно осматриваю гостиную, пытаясь найти камеру, которую он наверняка где-то спрятал. Когда я нахожу мизерный мигающий красный огонек прямо над телевизором, я машу рукой своему дорогому старому брату, а затем кладу руку на бедро Розы и сжимаю его.
– Развлекаешься? ― спрашивает Тирнан на другом конце линии, его голос сухой, как Сахара.
– Не так весело, как могло бы быть. Если ты отзовешь своих собак и выключишь все свои маленькие гаджеты, то я уверен, что получу массу удовольствия. О. Точно, я забыл. Ты любишь смотреть.