Несколько дней подряд искусственное море бушевало, как настоящее. Желто-грязные крутые волны насмерть схлестывались с берегом и одерживали верх: здоровенные куски дерна плюхались в воду и, прежде чем намокнуть и утонуть, беспомощно мотались взъерошенными плавучими островами. Конечно, в те дни никто не купался и не катался на лодках или этих вертлявых досках. И казалось, что на базе не четыреста человек, а раз в пять больше — все изнывали от безделья: малышня скулила, родители нервничали. Потребовались дополнительные одеяла, электрические обогреватели, врач не справлялся с простуженными, а доставалось на орехи, естественно, Неверову.
Вот и на заседании, когда разбирали заявление Иванченковой, попало в основном опять же ему, а не Тригубову. «Я воспитываю ребенка в одиночестве! — кричала Иванченкова. — За меня, кроме профсоюза, и заступиться некому».
Дело не стоило и выеденного яйца. Не занимался Тригубов «зверским рукоприкладством», как писала в жалобе Иванченкова. Имелись свидетели. Он просто взял ее Антона за ухо и пригрозил милицией, если Антон еще раз приблизится к его Сашеньке на расстоянии хотя бы пушечного выстрела. «Из дальнобойного орудия, — добавил Тригубов. — Понял?»
Тринадцатилетняя Сашенька, дочь Тригубова, была на голову выше Антона Иванченкова. Полная, краснощекая акселератка. А своего сына Иванченкова завоспитывала до полуистощения: не бегай, не прыгай, не дерись, это нельзя, а это вредно. Но победить в нем нормальные мальчишеские чувства она все же не смогла. Как это происходит везде, от южных границ до северных морей, Антон преследовал Сашеньку: вырывал и прятал портфель, дергал за косу, подставлял ногу, толкал, щипал и тэ пэ. «Ладно, — сказал Тригубов, который откровенно маялся на заседании профкома, — я все обдумал и согласен». — «Значит, признаете факт зверского рукоприкладства?» — обрадовалась Иванченкова. «Нет! Никогда! — отрезал Тригубов. — Не было рукоприкладства. Ни зверского, ни рядового. За ухо держал, да. Довольно крепко держал. Но и все. А согласен я с тем, пусть ваш Антон женится на моей Сашеньке. Если так уж любит ее, давайте играть свадьбу. Породнимся. Мне что? Я и вашего Антона прокормлю. Глядишь, и поправится парень, а то дохляк дохляком».
Неверов не выдержал тогда и рассмеялся. Да и все члены профкома развеселились. А в результате появилась новая жалоба, теперь на председателя профкома, «на его бесчувственность», как писала — в партийный комитет на сей раз — Иванченкова. В этой жалобе она выдвинула жесткое требование: «Не хочу висеть рядом на Доске почета с этим хулиганом Тригубовым. Разведите нас по разным углам».
Кончилась непогода — и база отдыха вроде бы опустела. Даже у столов для пинг-понга не прыгали юные фанатики этой захватывающей игры. И взрослые и дети рассредоточились по окрестным лесам и морю. Над водохранилищем вновь засвистели удилища. На невидимых лесках взлетали нарядные поплавки, выстраиваясь на гладкой поверхности в карнавальное шествие. Сам директор Землянников перед вечерним клевом придирчиво проверял снасть на берегу, а его сын Костя, поддавшись нетерпению, уже крутился в лодке, поднимая веслами фонтаны брызг.
— Давай, Неверов, с нами, — позвал директор. — Третьим будешь.
Так захотелось в лодку к Землянникову! И порыбачить: любил Юрий Владимирович это состояние напряженного ожидания поклевки, верил в удачу, знал, что умел и ловок в вываживании самых хитроумных голавлей, упрямых карпов и осторожных лещей — они-то и проживали в пресноводном море. И с директором он был бы рад пообщаться, что называется. Нравился ему Землянников, несмотря на то что силком втянул в неспокойную, непонятную, совсем чуждую работу (слава богу, временную!). Но не хотелось Юрию Владимировичу вот так запросто сдаться Землянникову: тот поманил, а он, видишь ли, сразу и готов, руки вверх. Неверов до сих пор обижался на директора: обвел вокруг пальца. С шуточками-прибауточками, но обвел. И Неверов позволил себе промолчать, не ответил директору. Мол, тут моя вотчина, а не ваша — вот что означало его молчание. У председателя профкома здесь хлопот полон рот, тогда как у вас, товарищ директор, всего два занятия: рыбалка и прогулки.