Но Старик не отступал, уговаривал. Убеждал Барабана, что нет благороднее работы, чем та, которую он предлагает оркестру. Ведь Девочка хочет сделать всех счастливыми. И у нее в руках волшебный бронзовый поднос. Значит, оркестр просто обязан помочь ей.
— Девочка еще может поверить, что бывают волшебные подносы, — грустно возразил Барабан, — но мы-то с вами знаем, что таких подносов не бывает. Ни из бронзы, ни золотых.
— Вы так думаете? — спросил Старик, и Барабан задумался. Ничто так не убеждает, как вот такой многозначительный вопрос: «Вы так думаете?» «Действительно, думаю ли я так?» — забеспокоился Барабан. Оказывается, он никогда об этом не думал, а если подумать, то почему бы и нет… Тогда станет счастливой и Гитара.
Когда человек не знает, как освободиться от большой заботы, то готов поверить даже в волшебный поднос.
Наступил еще один воскресный день. Часы на Дворце бракосочетаний показывали без десяти минут двенадцать, когда появилась Девочка с бронзовым подносом в руках. Следом за ней прибыл в полном составе оркестр. Девочка не удивилась, что оркестр пришел и глядит на нее. Когда девочки принимают какое-нибудь решение, они уверены, что все остальные люди обязаны им помогать.
Было холодно и ветрено, как и в тот день, когда все впервые встретились у дверей Дворца. Флейта, как и тогда, жаловалась сама себе, что мерзнет. Девочка послушала-послушала, разозлилась и скомандовала:
— Перестаньте ныть, Флейта. Посмотрите в глаза Саксофону. Спрячьте свою гордость в карман и поцелуйте его. Не бойтесь казаться смешной, не бойтесь, что Саксофон увидит, как вы его любите. А вы, Саксофон, вспомните, как трудно и скучно быть мужем нелюбимой женщины, и не оскорбляйтесь по пустякам.
Девочка ждала чего угодно, только не того, что произошло после ее слов. Флейта послушно поднялась на носочки и поцеловала Саксофона. А тот обнял Флейту за плечи, наверное, для того, чтобы заслонить ее от ветра и холода.
«Хоть поднос и очень тяжелый, но я действительно могу с его помощью делать чудеса», — подумала Девочка и опять скомандовала:
— А теперь шагом марш во Дворец бракосочетаний. Когда люди друг друга любят, они не должны задерживаться у его дверей.
— Спасибо, Девочка, — сказала Флейта.
— Спасибо, — буркнул смущенный Саксофон.
И они пошли во Дворец, а Гитара и Барабан играли для них то, что могут играть счастливым людям добрые люди. При этом Барабан думал: «Легко выполнять команды, которые ждешь».
Если все повторить сначала, то, считала Девочка, вот-вот должны появиться Счастливый мужчина и Счастливая женщина. Уже вернулись из Дворца Флейта и ее муж Саксофон, а их все не было. Девочка еле держала поднос, он стал еще тяжелее и весил уже больше, чем штанга у чемпионки мира по тяжелой атлетике. От такой тяжести у Девочки подгибались ноги, а сердце стучало громче барабана. Очень нелегкая это работа — делать людей счастливыми.
И тут появились Старик и Старуха. «Я спрошу у Старика, почему нет Счастливого мужчины и Счастливой женщины», — подумала Девочка, но вспомнила, что должна осчастливить и Старуху, ведь она так несчастна из,-за воспитательных наклонностей своего Старика, она так его ревнует к недовоспитанным женщинам, которых он исправляет.
— Знаете что, — обратилась Девочка к Старухе, — в любом телефонном справочнике можно найти немало номеров женщин, нуждающихся в воспитании. Купите справочник Старику, и он будет звонить не наобум, а набирать определенный номер. У него появится возможность проверять, как исправляются эти женщины. А вам будет приятно знать, что недовоспитанных становится все меньше.
— Спасибо, Девочка, — сказала Старуха, — я уже счастлива от того, что узнала правду о Старике. Самая сильная ревность рождается от неизвестности.
Оркестр сыграл Старику и Старухе «Полонез» Огиньского, а Счастливый мужчина и Счастливая женщина все не шли. Тогда Девочка обратилась к Гитаре.
— Мне больно смотреть, как вы страдаете, — сказала она. — Что я могу сделать для вас?
— Ради бога, ничего не делайте! — взмолилась Гитара. — Если Барабан женится на мне, то несчастной станет его жена. Нельзя счастье одного человека строить на несчастье другого. К тому же счастье замечают лишь тогда, когда его есть с чем сравнивать. Так пусть же для контраста в нашем оркестре будет одна несчастливая Гитара…
«Того, кто слушает голос своей совести, никто не в силах осчастливить. Он может быть счастлив или несчастлив только сам», — поняла Девочка. И еще она поняла, что человека нельзя заставить быть счастливым.