При этом в бархатисто-коричневых глазах, поднятых к Серене, был такой испуг, что та убедилась: Эмили перепугана не поведением жениха, а его положением в обществе. Она удивилась, как это Ротерхэм не понял, что ввести это неопытное дитя в Делфорд при таких обстоятельствах значило дать ей болезненно ощутить свои недостатки. Что заставило его наполнить свой дом высокопоставленными гостями? Он должен был бы догадаться, что подвергает невесту тяжелому испытанию, а уж то, что он созвал полграфства на торжественный званый обед, это Серена сочла совсем неразумным — и к тому же еще сказать бедняжке, что в будущем ей предстоит заправлять такими приемами! Ясно, что маркизу хотелось продемонстрировать всем свою избранницу, но ему следовало бы понять, что таким образом этого делать не следовало.
Она обнаружила, что миссис Флор разделяет ее мнение. Та была безмерно рада, что его светлость так гордится ее крошкой Эммой, но назвала его глупцом, раз он не понял, какая она робкая и стеснительная. Миссис Флор ликовала, одолев дочь в одной ситуации. К несчастью для леди Лэйлхэм, которая хотела забрать Эмили у бабушки, как только она сама поправится, сэру Уолтеру несколько раз крупно не везло, а это, вкупе с накопившимися счетами за дорогие наряды для нее самой и для Эмили, вынудило ее обратиться к матери за помощью. Миссис Флор была готова послать дочери столько денег, сколько потребуется, но она поставила условие: Эмили должна оставаться у нее, пока личный доктор миссис Флор не скажет, что девушка совершенно поправилась. Леди Лэйлхэм пришлось согласиться на это, и у Эмили сразу же исправилось настроение. Мамочка попыталась, правда, составить компанию дочери в доме на площади Бофор, но это предложение было так недвусмысленно отвергнуто миссис Флор, что она не решилась его повторить.
— Да я и не думала, что Сьюки приедет, — сказала Серене миссис Флор. — Пусть воображает в своем собственном доме, но у себя я этого не допущу, и она прекрасно это знает: Сьюки меня очень разочаровала, чтобы не сказать хуже, но во всем есть свои плюсы, и, по крайней мере, я имею на нее управу. Она не смеет меня обидеть, потому что боится, что я перестану давать ей каждый месяц деньги, как сейчас; не говоря уже о том, что я могу вычеркнуть ее из моего завещания. Так что теперь нам надо подумать, как снова развеселить Эмму. В понедельник я отвезу ее на костюмированный бал в новой ассамблее, с нами будет Нэд Горинг. Тут нет ничего, против чего могла бы возразить Сьюки, да и его светлость тоже, даже если бы они об этом и узнали: вальсировать там не будут, знаете ли, а по понедельникам там даже котильонов нет.
— А я-то думала, что Эмили нужен покой! — со смехом сказала Серена. — Разве она не переутомилась из-за лондонских балов?
— Да, конечно, но одно дело ездить на них каждый вечер и никогда не ложиться раньше двух-трех часов утра, и совершенно другое — время от времени ездить на ассамблеи. Да они же никогда не кончаются позже одиннадцати в новых залах, и только по вторникам в нижних залах продолжаются до полуночи. Бедняжке вредно будет тосковать и скучать, не видя никого, кроме меня. Я и в сады Сидни ее возьму в следующий праздничный вечер, чего я никогда раньше не делала, потому что первый раз она приезжала ко мне летом. Не сомневаюсь, что Эмме понравится смотреть на фейерверк — да и мне тоже.
Глядя на круглое веселое лицо, Серена не усомнилась в этом. Миссис Флор была в превосходном расположении духа, намереваясь насладиться визитом своей любимой внучки.
— Потому что навряд ли она еще раз поживет у меня, — со вздохом проговорила любящая бабушка. — Но как бы то ни было, Эмма будет слушаться доктора, не сомневайтесь. А он сказал, что ей не следует сидеть взаперти в такую чудную погоду, так что если вы разрешите ей иногда пойти с вами на прогулку, дорогая, это было бы так мило с вашей стороны, а ей будет интереснее, чем кататься со мной в ландо. О, я уверена, что для девушки это совсем не весело.
— Конечно, я буду рада ее обществу, — ответила Серена. — Может быть, она захочет проехаться со мной верхом?..