– Прошу, следуйте за мной, госпожа, – Галия поманила меня за собой, и мы двинулись вперёд по улочке.
По бокам высились маленькие уютные каменные домики с черепичной крышей. Вот только стены были до того грязными, что это можно было заметить даже ночью. Большинство зданий были заброшены, а окна заколочены. Но почему-то окружающая разруха не вызвала у меня чувства обреченности. Откуда ни возьмись, появилось желанием привести это место в порядок. И я мысленно вздохнула, осознавая объем работы. Ладно, поживем - увидим. Начнем с малого, а там видно будет.
Глава 4. Мулины
Дом старосты снаружи смотрелся также неказисто, как и другие, но внутреннее убранство меня приятно удивило. Небогато, но чисто и опрятно. У стен жались деревянные лавки, покрытые лоскутными подушечками. На стенах висели ковры с изображениями разнообразных зверей, большая часть из которых могла прийти мне в голову лишь в подобном сне. На столах и шкафах лежали вязаные крючком салфетки и множество расписных шкатулочек, которые хотелось разглядывать, словно произведение искусства. Но больше всего мне понравилась печь. Она была просто огромной и располагалась между четырьмя комнатами. Одна сторона выходил в кухню, другая в гостиную, а остальные две в личную комнату Галии и гостевую спальню. Домик был небольшим, но невероятно уютным. А сама староста напоминала маму и бабушку разом. Столько в этой женщине было тепла, что даже её огромная печь не могла с ней конкурировать.
Сначала мне приготовили ванну, извинившись, что банька топится долго, а я наверняка хочу спать. Спать мне действительно хотелось, но гораздо больше я желала узнать, откуда в этой потрёпанной деревушке ванна. Как оказалось, водопровод работал при помощи магии и каких-то волшебных камней. А сохранилось все это в Кучкино лишь потому, что местный кузнец постоянно следил за расположенными в подземелье трубами. Закидывать Галию и дальше вопросами я не стала. Быстро помылась и, переоделась в чистую глаженую рубашку и сарафан, который был мне велик едва ли не в пять раз. Пришлось хорошенько все перевязать поясом в надежде, что я всё же не похожа на девочку, которая нацепила на себя мамино платье и теперь, важно надув щеки, щеголяет перед зеркалом.
– Ох ты ж боги. Извините, госпожа чаровница. Вы кушайте, а я сбегаю к соседке. У неё фигура более похожа на вашу, – засуетилась староста, но я помотала головой.
– Не нужно тревожить людей. Все хорошо. Завтра решим, что делать, – я села за стол и выжидающе уставилась на хозяйку дома.
Та почему-то не спешила ко мне присоединиться. Топталась рядом и широко улыбалась, от чего мне стало неловко. Может, она не хочет кушать? Но тогда можно было бы хотя бы просто попить чай…
– Присаживайтесь, расскажите мне больше о деревне и магических зверях.
– Что вы, госпожа! Как я могу сесть рядом с вами. Вы ведь чаровница! В вас течёт благородная кровь, как и в знати. Простолюдины вроде меня…
– СЯДЬ! – рыкнул Дымок, и женщина поднялась в воздух.
Я думала, что женщина завизжит, но Галия не зря напомнила мне воительницу. Она смирно вытерпела левитирование до стола. А когда приземлилась на лавку, и вовсе улыбнулась.
– Спасибо, господин мильмион! Всю жизнь мечтала полетать!
Мой помощник фыркнул и отвернулся, уткнувшись мне в шею. Похоже, он не особо любит общаться с людьми. Вот только сейчас я краем глаза вижу, как он тихонько улыбается, прикрывшись хвостом. Наверное, решил, что нужно выглядеть грозно. Вот и старается.
Очень поздний ужин прошел великолепно. Я объелась домашней едой и была крайне довольна рассказами старосты. Галия поведала мне все туже историю, как Кучиино стал Кучкино. Но параллельно я узнала много нового про магических зверей. Их в деревне было много и названия у всех были просто зубодробительные. Запомнить я ни одно не смогла. Зато узнала больше о всей сложившейся ситуации. Оказалось, что если магический зверь не получает должный уход, то начинает терять свою силу. После чего уходит. Но если привязанность к людям всё же сильнее желания сохранить магию, то зверь может остаться. Вот только вскоре от былого великолепия останутся лишь воспоминания.
– Поговаривают, что его величество больше всего расстроило то, что молоко мулинов перестало быть сладким, – зашептала староста, боязливо оглядываясь, словно кто-то мог подслушать её в собственном доме. – Ох, до сих пор не могу поверить, что нас просто выкинули из королевства. Прогневали мы короля…, но поверьте, госпожа чаровница, мы старались и стараемся изо всех сил! Просто часто непонятно, почему загрустил тот или иной зверь. Я веду записи, вот только толку мало. Но если вы нам поможете, уверена, все станет как прежде.