- А держаться за что? - возмутилась я, фактически распластавшись на коне. - И не вздумай лететь! Я даже самолетами пользуюсь в крайних случаях! И вообще, высоты боюсь!
Бабах! Ноги, по моему велению, вделись в стремена, в руках оказалась уздечка, обвившая лошадиную морду, а под попой появилось седло. Не сказать, что удобное, но несколько притупившее ужас.
- Рыжик, может по земле, а? Шагом? - но сбоку уже захлопали крылья, с каждым взмахом увеличивая диапазон. Я не успела опомниться, как мир пошатнулся и остался внизу. - Хочу обратно, - простонала я, наплевав на уздечку и крепко обхватив лошадиную шею обеими руками. - Рыжик, я передумала!
Но было поздно. В небе грохнула пушка, сопровождаемая скрежетом, и моё только что закрепленное убежище сложилось веером. А дальше началось головокружительное падение. Вместе с конём. Как показалось мне - абсолютно неконтролируемое. Не желая видеть надвигающуюся прямиком на нас поверхность нового Слоя (как ни смешно, но это опять оказалось поле), я зажмурилась, не в силах издать ни звука. Жаль уши зажать не могла, дабы не слышать свиста ветра.
Когда копыта моего упертого питомца и транспортного средства в одном лице (или морде?) впечатались в землю, я на собственном опыте осознала смысл словосочетания - второе рождение. Приготовилась отдышаться и устроить коню форменную истерику, предварительно сойдя вниз, как вдруг...
- Круто! - восхитился рядом детский голосок. - Вот так коник!
- Тетенька, дадите покататься? - вторил ему второй, на удивление очень знакомый. С неприятной заискивающей интонацией.
Я открыла глаза и ахнула, узнав обоих мальчишек. Первым оказался не кто иной, как помолодевший Макс Макаров с нечесаными торчащими в разные стороны вихрами. Второй - "обожаемый" вздернутый нос, решивший тоже сбросить с десяток лет. Оба, разинув рты, взирали на крылья Рыжика и разве что слюни не пускали от восторга. Чуть поодаль стоял третий мальчик с блеклыми светлыми волосами и отчего-то нервно теребил край рубашки.
- Он высоко летает? - поинтересовался тем временем Вовочка. Протянул пятерню к морде лошади, но под моим строгим взглядом не решился закончить движение. - А как им управлять?
- Молча, - процедила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не наградить сводного братца увесистым подзатыльником. В конце концов, теперь я старше! С трудом переборов себя, я гордо тряхнула головой и грациозно (как мне показалось), попыталась слезть с наглого жеребца. Поставила одну босую ногу на траву, приготовилась проделать то же самое со второй, но умудрилась застрять в стремени. Раздраженно дернула конечность, не рассчитав масштабы плена, не удержалась и полетела на землю под заливистый хохот пацанов. - Гадство! - возмутилась я, когда уже лежа, предприняла еще одну попытку вызволить ногу из стремени, на этот раз, к счастью, удачную. - И нечего ржать! - последовал мой приказ, обращенный одновременно и к псевдомальчишкам, и к Рыжику, который хоть и не смел насмехаться, но смотрел с явной улыбкой. Да-да, Поточная кляча и это умела!
- Где-то я вас видел, - задумчиво протянул драгоценный отпрыск Бастинды, пока я принимала вертикальное положение и отряхивала платье.
- Да ну? - бросила я раздраженно. Ух! Как же я ненавидела Вовочку в этом возрасте! Наше противостояние нередко выливалось в драки, из которых я выходила с поредевшей шевелюрой, а братец с расцарапанной физиономией, а два раза - с разбитым носом. - Глаза протри, совиный хвост! - машинально наградила я пацана детским прозвищем, которое сама когда-то и придумала. Сова - за круглые очки, которые Вовка в то время носил, хвост - из-за неизменного держания за Аллину юбку.
- Кикимора! - изумился вздернутый нос и почесал затылок. - А чего это ты постарела?
- Повзрослела! - учительским тоном поправила я. - Чтобы оттаскать тебя за уши!
- Не дотянешься, - объявил юный нахал и показал язык, правда, на всякий случай отступил на пару шагов.
- Надо будет, дотянусь, - пообещала я, демонстративно поглаживая шею Рыжика. Уловка сработала. По крайней мере, двое мальчишек не отрывали глаз от моих пальцев, мечтая тоже прикоснуться к коню. - А пока расскажите, чем вы тут трое занимаетесь? - добавила я небрежно, чтобы не спугнуть ребят. Неважно, сколько им лет на самом деле, сейчас они чувствовали себя обычными детьми.
- Играем, - пожал плечами Макаров. - А что еще делать, раз застряли тут? Кстати, я Макс. А это Борька, - покровительственно кивнул он на третьего мальчика у меня за спиной. Я и не заметила, как тот подошёл ближе. Надо же, Поток прямо-таки кишит людьми, двигающимися бесшумно.
- Здравствуйте, - поприветствовал меня блеклый мальчик и протянул руку, но вдруг струхнул и спрятал ее за спину. И взгляд потупил. Его сложно было назвать симпатичным. Лицо вытянутое, нос длинный, фигура нескладная. А когда паренек сделал пару шагов, оказалось, он ещё и хромает. - Это не лечится, - пояснил он столь будничным тоном, что мне стало неловко за проявленное любопытство.
- Давно вы тут? - затронула я более важную тему.
- Я две недели, - охотно пояснил Макс. - Вовка - одну. Борька говорит, не меньше месяца. А может, и больше. Тут время - неправильное. Нам так сказали.
- Кто? - насторожилась я, испытав очень нехорошее предчувствие. Хотя с чего бы? Мало ли в Потоке взрослых, которые поняли эту особенность.
- Старик один. Василием Петровичем звать. Он нас иногда навещает.
- Весь такой разодетый, да? С карманными часами? - уточнила я, постаравшись говорить, как можно спокойнее, хотя сердце вовсю исполняло акробатические трюки.
- Ага! - хмыкнул Макс и восхищенно протянул. - Понтуется.
Вот тут мне стало совсем нехорошо. Мало того, что дед, открывший мне когда-то дверь из Потока, всё-таки не человек, так еще он сумел очаровать мальчишек, полностью завоевав их доверие!
- А про Пелену он вам рассказывал? Про Страх? Про Перепутья? - забросала я ребят вопросами, физически вдруг ощутив, что моё время здесь на сегодня заканчивается.
- Про Страх говорил, - кивнул Макс. Он единственный поддерживал разговор. От Вовки, впрочем, я другого не ждала. Но странно, что Боря продолжал меня стесняться. - Только враки всё это, - поморщился Макаров и, осмелев, провел кончиками пальцев по боку Рыжика. - Взрослые любят страшилки рассказывать. Туда не ходи, серый волк съест. Веди себя хорошо, а то придет злой старик и тебя украдет.
Я истерично прыснула. Про деда Максим явно в точку попал. Петрович был способен и не на такую подлость.
- Слушайте, - я поманила мальчишек к себе и заговорчески понизила голос. - Расскажу вам один секрет. На самом деле я давно путешествую по Потоку. Но не как вы. Я не застряла тут, а прихожу и ухожу снова.
- Врешь! - подал голос Вовочка, угрожающе потрясая кулачками.
- Сейчас докажу, - заверила я, судорожно пытаясь придумать, что бы такого убедительного сделать. - Вот, глядите, - я хлопнула в ладоши, мысленно умоляя высшие силы о помощи. К счастью, сегодняшнее везение не закончилось, потому что в небе охотно грохнуло и...
- Ух ты! - заворожено выдохнул Макс, затем уважительно поглядел на меня. А я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и понятия не имела, как исхитрилась создать дельтаплан с пропеллером. Хотела-то, всего-навсего, устроить небольшой фейерверк. Впрочем, давнее изобретение бедного Егорки пришлось больше к месту. Мальчишки замерли в подобострастном преклонении перед летательным аппаратом. Даже о Рыжике забыли.
- Дай полетать, а? - простонал Вовочка, подскакивая на месте мячиком. - Проси что хочешь взамен.
- И мне! И мне! - вскидывая вверх руку, как на уроке, прокричал Макс.
Я, прищурившись, оглядела светящиеся лица сводного брата и Макарова, растерянно отмечая в уме, что Боря и здесь не торопится солировать. Затем подозвала всех троих поближе.