И тут я сделала невероятную глупость. Посмотрела нечаянному собеседнику в глаза. Ух! Если в прошлый раз я просто увлеклась их глубиной, то теперь аж голова закружилась и что-то перевернулось в животе. Единственный раз со мной такое случилось на первом курсе, когда я увидела старшекурсника и местного ди-джея Оскара Иволгина, от которого млели девчонки, как минимум, всего факультета. Помнится, я страдала по нему почти год. Таскалась на все вузовские дискотеки, чтобы поглазеть на объект обожания и повздыхать издалека. Облачалась в лучшие наряды, старалась ненароком попасться Оскару на глаза. Однажды даже специально налетела на него. Вот только заговорить так и не решилась. А потом узнала, как он на глазах у одногруппников жестоко высмеял другую влюбленную в него девчонку. И как отрезало. В моих глазах рыцарь без страха и упрека провалился ниже плинтуса и перестал вызывать любые эмоции, кроме омерзения. А потом - уже сама будучи выпускницей - я повстречала Иволгина на улице и поразилась, как он располнел и оброс, совершенно потеряв презентабельность.
Неудивительно, что вновь превращаясь в утопленницу, барахтающуюся в двух серых озерах, я запаниковала. Не хватало только влюбиться, как школьнице. И в кого?! В Поточного парня, который в реальности может оказаться а) женат, б) полным неудачником, в) семидесятилетним дедушкой, решившим вспомнить золотые годы. Поэтому и крикнула. Необдуманно:
- Прочь отсюда! Сейчас же!
Поток, разумеется, снова решил позабавиться. Отправил. Но не одну, а в компании Дмитрия. Подбросил в воздухе и смачно шлепнул о землю. Точнее, об засаженную клубникой грядку. Нет, растительность, конечно, смягчила посадку. Однако пара дюжин раздавленных ягод никак не способствовала повышению жизненного тонуса.
- Мерзость, - вынесла вердикт я, убирая красное месиво с носа. Просто супер! Теперь буду похожа на Деда Мороза. У Дмитрия сочные клубнички хотя бы по щекам размазались. Прямо-таки румяный красный молодец получился. Я решила сострить на эту тему, чтобы снять неловкость и развеять дурман, но не успела. Над головой, вызвав массу не слишком радужных воспоминаний, просвистел... желудь. - Не может быть, - простонала я, увидев грозное снабженное мозгами оружие, притаившееся метрах в трех за кустом крыжовника. Какое счастье, что мы в эту колючку с неба не рухнули!
- Эй! - возмутился Дмитрий, когда пушка выпустила ему в затылок с пяток снарядов. - Что за баловство?!
Надо отдать ему должное. В отличие от Михаила он не кинулся наутек, сверкая пятками. Ещё и о даме решил позаботиться.
- Александра, не двигайтесь, - велел он наставительно. - Я с ней разберусь.
Потеряв дар речи от изумления, я наблюдала, как парень поднимается и, прикрывая лицо локтем, бесстрашно шагает к пушке. А та, одурев от наглости оппонента, палит желудями не переставая. Ещё и подпрыгивает на месте, как мелкая собачонка.
- А ну прекрати! - Дмитрий ловко навалился на пушку. Та попыталась увернуться, а затем взбрыкнуть, но оказалась крепко прижата к земле. Выпустила пару желудей. Но они лишь прокатились пару метров.
- РРрррррр, - неожиданно издало оружие. Больше обиженно, нежели сердито. И вдруг заскулило. Протяжно. Вызывая тоску.
- Вон оно что, - обрадовался парень. - Это всё упрощает, - он хлопнул в ладоши.
Почувствовав ослабление хватки, пушка вывернулась и, продолжая подвывать, покатила прочь. Правда, продлилось это недолго. Внезапно по орудию прошёл огненный всполох, и из красного зарева вывалился мохнатый пес, потешно перебирая грязными лапами. С непривычки конечности отказались подчиняться, и собака проехала по земле на попе.
Я сложилась пополам, наблюдая за взъерошенным недоразумением. Надо же, и впрямь собака!
- Гав! Гав-гав! - в отместку издало она, сообразив, что это я над ней смеюсь. - ГАВ!
- Не бойтесь, Александра, - посоветовал Дмитрий, вновь протягивая мне руку. - Не думаю, что он кусается. Просто старается реабилитироваться после поражения. Интересно, кому это пришло в голову, превратить пса в пушку. Неудивительно, что он мстил каждому встречному.
- Тут много умников, - усмехнулась я, проводя ревизию платья. Ягодных пятен набралось не меньше десятка. И вдруг мне поплохело. Дмитрий уже дважды назвал меня по имени. А ведь ни в прошлую, ни в нынешнюю встречу я не говорила, как меня зовут.
- О! Не пугайтесь! - парень попался сообразительный, быстро смекнул, в чём дело. - У нас есть общие знакомые в Потоке, потому мне и известно ваше имя. Я говорю о мальчике Боре. Он рассказывал про недавнюю встречу. Довольно правдоподобно вас описал. Сказал, дружит с вашим братом Вовой.
- Сводным братом, - машинально поправила я, всё ещё подозрительно поглядывая на собеседника. Я словно нарочно искала причину ему не доверять. - Знаете, как найти мальчиков?
- Увы, - Дмитрий развел руками. - Я не слишком хорошо управляю Потоком. Он постоянно выносит меня не туда, куда надо. Но о проделках этих трех сорванцов слышу постоянно. Вчера только рассказывали, как они пытались ослику крылья наколдовать.
- Получилось? - ужаснулась я, больше волнуясь о несчастном животном, нежели о малолетних паразитах.
- Не совсем. Крыло выросло только одно. Но и его уже нет. Взрослые устроили мальчишкам взбучку и привели ослика в порядок.
- Вы хорошо знаете Борю? Мне он показался не слишком общительным.
- Так и есть, - по лицу Дмитрия вдруг прошла судорога, кажется, он близко к сердцу принимал проблемы мальчика. - Но это неудивительно. Он не чувствует себя полноценным. Из-за ноги. Жутко стесняется. Кроме того, у него мало причин доверять людям. Его воспитывает бабушка. У обоих родителей другие семьи, и никто не захотел взять первенца-инвалида в новую жизнь.
- Хромота у него с рождения? - мне стало невероятно грустно. Пора было привыкать, что Поток собирает обиженных и обделенных, но пока не получалось.
- Нет. Последствие травмы. Ему было семь лет, а на вид ещё меньше. Мальчишки постарше вечно его задирали. Да и сверстники тоже. А однажды взяли на "слабо" - пройти по доске над канавой. У них во дворе трубы меняли. Геройство кончилось сложным переломом колена и пожизненной хромотой.
- Жаль, - едва слышно пробормотала я.
- Мне тоже, - Дмитрий сжал кулаки, а потом опомнился и улыбнулся. - А ваша история, Александра? Вы попали сюда вместе с братом?
- Нет, мы... - я с трудом удержала руку, взметнувшуюся, чтобы зажать рот. Конечно, красавчик не заслужил доверия, но ни к чему выглядеть совсем уж глупо. И так вся перемазанная с ног до головы.
Красавчик?! Всё! Надо убираться отсюда! Одной!
- Всё в порядке? - участливо поинтересовался парень, заставив меня порозоветь и промямлить:
- Да, просто мне пора, - и, быстро развернувшись, я зашагала прочь, как перепуганная школьница, которой подмигнул взрослый мужчина. К счастью, метров через десять меня взяло такое зло, что едва пар из ушей не повалил. - Ладно! - выпалила я поворачиваясь и чуть не уткнулась в грудь Дмитрия, нахально последовавшего за мной. - Почему вы решили, что я хочу говорить о себе? Считаете, рассказали о мальчике и заслужили право спрашивать? О себе самом вы еще не говорили ни слова, между прочим!
- Вы мне не доверяете? - в лоб спросил он.
- Поток не то место, где стоит доверять первому встречному, - прозвучало грубо, но Дмитрий не обиделся. Наоборот, изогнутые губы тронула улыбка.
- Мне нравится ваша откровенность, - признался он. - Я бы с удовольствием ответил вам тем же и рассказал о себе, если бы только знал, кто я.
- Амнезия? - хмыкнула я. - Да ладно!
Это был явный перебор. Конечно, у загремевших сюда людей частично отшибало память. Все, кого я здесь встречала, понятия не имели, что предшествовало коме. Многие забывали и часть взрослой жизни. Но чтоб совсем не помнить ничего, с таким мне сталкиваться не доводилось. Уж не зубы ли мне заговаривает этот красавчик?
- Я знаю свое имя, - опередил Дмитрий язвительное замечание, вертевшееся у меня на языке. - Кажется, я учился в каком-то институте. У меня была собака. Колли. Окно моей спальни выходило на реку. Александра, видите ли, все воспоминания обрывочны. Как лоскутки. И я понятия не имею, что действительно важно.