«Это последствия, после прохождения по черной воронке», — объяснил дух.
Ничего вокруг, и опять это «Аху».
«Посмотри вниз».
— Что это еще за чудище?
Скривилась так, что ощутила на лице, своем прекрасном лице, морщины. Тут же их разгладила. Нельзя так сильно удивляться, Фрея! Еще испортим оболочку! Даже забыла про то, что «Ахукало» там. Внизу.
— Не буду на тебя смотреть, — уверенно заявила и вдруг увидела грязь под ногтями. — Мне нужно на маникюр. Срочно!
И пошла. Без мыслей и притязаний на какие-либо чувства.
«Фрея, стой!», — остановил дух.
— Не приказывай мне! У меня куча дел, особенно после встречи с этим, — указала я пальцем на монстра, похожего на человеческого дитя, и почему-то лежащее на земле. Кто его туда поместил, ума не приложу. Недовольно посмотрела на голое создание, наблюдая, как сморщенное чудище лыбится.
— Ему тут однозначно хорошо! Такой простор. Выживет!
Дух хмыкнул.
«Это» явно тянуло свои маленькие противные ручонки ко мне, а я чего-то не поняла, что этот сатана хочет от меня.
«На руки. Возьми его на руки», — огорошил дух.
— Фу-у-у-у.
«Не фу, а малыш».
— Какой он противный. Как молочный поросенок.
«Противный? Он милый. Смотри, какие глазки!».
Мой дух вероятно забыл чьи это глазки. Так и вижу, как из них выходят три тени и следом выползают змеи. Змей я тоже не люблю.
— На всякий случай уточняю, — напомнила духу.
«Теперь он твой, Фрея».
— Теперь он твой, Фрея, — передразнила умника. — Нет. Нет. И еще раз нет. Ничего личного, чудище, — тыкнула я пальцем в лыбящееся бесящее существо.
Он так и продолжал двигать своими маленькими руками и тряс ногами. Гм, как такого сморщенного вообще луна носит? Фууу, ну и гадость! Отведи меня, Всезнайка небесная! Фу.
«Мы его отдадим», — обреченно произнес дух.
— Мы его продадим! — поправила. — Зачем мне это…чудище? Выручим денег. Вдруг кому нужен сатана собственной персоной.
«Это порождение твоих рук, Фрея».
— Неправда. Это твое творение. Я не просила ребенка-сатану. А ты прочел не то заклинание. Вон их сколько, — указала я на брыкающееся существо, но его кожа была чиста. Такая розовенькая, что даже глаза защипало. — Было, — уныло добавила. — Куда делись его татухи? — не поняла. Даже наклонила на бок сатану, поддев ногой, чтобы проверить, вдруг хоть одна на спине осталась.
Дух тяжело выдохнул.
«Я решил проблему».
— Поправлю: создал. Новую проблему, которая через двадцать лет вырастет.
Представила себе, как набиваю мелкому шестилетнему посланнику татуху с уточкой и утятами на все тело, такая вся коварная уточка с зелеными лапками. Подрастет, оценит мой прикол, что даже тени сбегут. Хотя бы в воображении поликую немного, если вдруг не удастся раскрасить мелкого. Прямо улыбка поплыла по всему лицу.
Дух постучал по виску. Я тут же выпалила:
— Что не было другого варианта?
«Был. Отправиться в загробный мир».
— Оу-у-у. Вариант так себе, — согласилась.
«Бери ребенка на руки и уходи», — настаивал дух.
— Так, — выдержала паузу, чтобы командир в моей голове чуть остыл. Раскомандовался! — Нужно сосредоточиться и отыскать место, куда пристроить сатану. Где же это место? — задумалась, начиная рассматривать окрестность. Норка под пеньком, холмик чуть поодаль, елка вместо раскатистая хорошо защитит от снега и дождя. Почти же нашла новый дом сатане!
«В аду», — подсказал дух.
— Именно, ему там самое место, — согласилась. Идея стоящая. — Но мне туда не нужно. В гости звали, но я вежливо отказалась.
Кашлянула и сплюнула три раза. Отвело!
Ребенок-сатана опять потянул морщинистые ручки, но я шикнула. Тут же ощутила, как кольнула метка. Это что-то новенькое! Приблизила метку к грудной клетке чудища и тут же услышала звонкий смех. Какой странный ребенок! Отдалила ладонь — смех стих. Вновь поднесла — снова смех. Вновь убрала.
«Хватит, Фрея», — взбесился дух.
— Это же весело, дорогой!
«Какой я тебе «Дорогой»!».
Вновь поднесла метку, сатана закатился смехом. Ужасное существо. Ничего хуже не встречала за свои триста семнадцать лет. У тетушки Грэмс существо приличнее, чем этот… Хотя мелкого родственника я тоже недолюбливала. Все так носились над ним. Вечно что-то хочет: пописать, то есть, то слюни пускает, то волосы вырвет, мои прекрасные длинные шелковистые волосы. Отведи и сохрани! Неблагодарное дело воспитывать мелких и превращать их в больших. Это как двадцать лет в аду с наказанием провести.