– Мне нужен максимум день. Никуда не отлучайтесь, ждите звонка и заставьте Энтони Картера подписать соглашение. Кстати, вполне вероятно, вас ждут небольшие изменения маршрута.
– Какие еще изменения?
– Я сообщу, – после секундного колебания ответил Сайкс. – Главное – подпись Картера.
Уолгаст с Дойлом поехали в Хантсвилль и сняли номер в мотеле. Упрямство и несговорчивость начальника тюрьмы не были для них неожиданностью: подобное случалось и раньше. Досадно, конечно, торчать в Хантсвилле, но тут уж ничего не поделаешь. Еще несколько дней, максимум неделя, – и Картер вольется в проект «Ной», а с лица земли исчезнут все следы его существования. Даже начальник тюрьмы начнет клясться, что никогда о нем не слышал. Разумеется, кто-то займется мужем убитой, тем самым адвокатом из Ривер-оук, который теперь в одиночку растит двух дочерей, только это Уолгаста уже не касается. Наверняка появится свидетельство о смерти и поучительная история о сердечном приступе, быстрой кремации и свершившемся правосудии. Впрочем, какая разница, ведь к тому времени Уолгаст уже выполнит свою работу.
До пяти вечера Сайкс так и не позвонил, и Уолгаст с Дойлом, переодевшись в джинсы, отправились ужинать. После непродолжительных раздумий выбрали стейк-хаус на оживленной улице между «Бест-бай» и «Костко». Кафе оказалось сетевым, что давало дополнительный плюс: агентам на спецзадании рекомендуется сливаться с толпой. Если Уолгаста задержка нервировала, то Дойла, судя по всему, не очень. Сытный ужин, свободное время в незнакомом городке, каждый шаг оплачивается щедрым правительством – чем не малина? Дойл расправился с огромным, толстым, как бревно, бифштексом, Уолгаст погрыз ребрышки, рассчитался по счету – наличными, в кармане всегда имелась пачка новеньких банкнот, – и оба пересели в бар.
– Думаешь, Картер подпишет? – спросил Дойл.
– Куда денется, – отозвался Уолгаст, гремя льдом в стакане с виски.
– Да, с вариантами у него не густо: либо мы, либо инъекция. И тем не менее… – Дойл нахмурился. Уолгаст знал, что на уме у напарника: вряд ли тех, кто подписал соглашение, ожидало что-то хорошее. Иначе почему нужны именно приговоренные к казни, люди, которым нечего терять?
– И тем не менее, – согласился он.
Над барной стойкой стоял телевизор. Спортивный канал транслировал баскетбольный матч между «Рокетс» и «Голден стейт». Некоторое время друзья смотрели молча: игра только началась, и игроки обеих команд лениво обменивались пасами, лишь изредка бросая мяч в кольцо.
– Есть новости от Лайлы? – полюбопытствовал Дойл.
– Угу, – нехотя отозвался Уолгаст. – Она замуж собралась.
– Замуж? – Дойл сделал большие глаза. – За того типа? За доктора?
Уолгаст кивнул.
– Надо же, какие быстрые! А ты молчал… Господи, неужели она на свадьбу тебя пригласила?
– Не совсем. Прислала письмо по электронке, в известность поставила.
– А ты что?
– Ничего, – пожал плечами Уолгаст.
– Ты никак не отреагировал?!
Уолгаст отреагировал, еще как отреагировал, но распространяться об этом не желал.
«Дорогой Брэд! – писала Лайла. – Решила сообщить, что мы с Дэвидом ждем ребенка. На следующей неделе наша свадьба. Надеюсь, ты за нас рад». Прочитав письмо, Уолгаст минут десять тупо смотрел на экран.
– А как мне реагировать? Мы же разведены, Лайла вольна делать, что ей заблагорассудится. Ну, ты идешь? – Уолгаст залпом допил виски и вытащил еще несколько купюр.
Дойл обвел взглядом обеденный зал. Когда они с Уолгастом пересаживались в бар, стейк-хаус практически пустовал, а сейчас посетителей прибавилось. Стайка девушек сдвинула три стола, они не пили, а буквально хлестали «маргариту» и громко болтали. Неподалеку находился университет имени Сэма Хьюстона, и Уолгаст решил: это студентки или служащие какой-нибудь конторы. Мир может катиться в ад, но «счастливый час» никто не отменит, и в Хантсвилле, штат Техас, красотки по-прежнему будут собираться в барах. Девчонки вырядились в обтягивающие блузки, джинсы с низкой посадкой и жадно поглощали «маргариту». Одна из них, полноватая, сидела к агентам спиной, и низкие джинсы позволяли разглядеть сердечки на трусиках. Уолгаст не мог сказать, чего хочет больше: присмотреться внимательнее или прикрыть чем-нибудь бесстыдницу.
– Пожалуй, я задержусь, – задумчиво произнес Дойл, приподнимая стакан, словно для тоста. – Баскетбол посмотрю.
Уолгаст кивнул. Ни жены, ни даже постоянной подружки у Дойла не было. Вообще-то агентам рекомендуется свести контакты к минимуму, только разве он имеет право контролировать, чем занимается Дойл по вечерам? Брэд почувствовал укол зависти, но быстро его подавил.