Они стояли и рассматривали мою переправу. А я думала, уйдут они или попытаются перебраться на другой берег. Но уходить они не торопились, а потому начали раздеваться, чтобы перейти.
Ну, нетушки!
Я стояла за большой плакучей ивой в метрах пяти от переправы, так что мне, в целом, можно было работать и отсюда. На таком расстоянии я владела магией уверенно. Поэтому в тот момент, когда первый разведчик опустил ноги в воду, под влиянием моего дара корень разорвался на этой стороне и весь трос начал втягиваться под землю. О том, чтобы никто ничего не увидел и не понял, чтобы не оставить следов, и мысли не было. Мне сейчас следы просто не стереть.
Да, за секунду они через ручей не переберутся, но все же я не думала, что останусь незамеченной. Так и вышло.
Пока один из разведчиков, тот, который уже спускался, выскочил из воды и стал оглядывать берег, второй уставился точно на иву, за которой я пряталась и стал снимать с плеча блочный лук.
“Вот это я встряла!” – думала я, петляя как заяц по лесу, пытаясь уйти из зоны обстрела. Не знаю, что там у этого разведчика за магия, скорее всего он что-то типа скаута из компьютерных игр, ведь он даже за деревьями видел, где я прячусь. Правда, он положил две стрелы довольно близко от меня, но ни разу не попал. Мы тоже не пальцем деланные, и по нам раньше из настоящего скорострельного огнестрела стреляли, так что даже усиленные стрелы – это ерунда. Раньше я бы такую на лету поймала и не поморщилась.
Я отбежала на сотню метров, когда поняла, что по мне больше не стреляют, и пошла дальше уже спокойнее, загодя обогнув поляну с наемниками – мне на сегодня приключений достаточно!
В город я ввалилась уже ближе к ужину, но пошла не в лавку, а на задний двор, где отец строил при помощи братьев новый курятник – из старого кто-то несколько дней назад стащил половину кур, выломав, при этом, заднюю стенку. Лисы у нас такие, ага, с топорами!
Требовалось срочно рассказать отцу, что я видела, а там он сам пусть думает, кому об этом сообщить. Не десятилетней девчонки это дело – стражу поднимать. Они меня и не послушают.
Глава 4
* Сержио
Весь город был похож уже несколько недель на растревоженный муравейник. Повсюду слонялись солдаты и наемники, поэтому я предпочитал оставаться на территории Храма.
Не то чтобы я кого-то боялся, просто попасть под руку пьяным бандам не очень-то хотелось. А тут разве что городская стража представляла собой более-менее осмысленное формирование, остальные выглядели как бандиты и вели себя соответственно. Странные представления у нашего герцога о том, как должна выглядеть армия… Поэтому осторожничал не только я – город практически вымер.
Нет, если бы прибыло, допустим, тысячи две солдат и наемников, они бы растворились среди жителей практически незаметно. Но под условными стенами города, хотя никаких стен тут не было, стояло тысяч двадцать разнокалиберного сброда.
Для средневековой местечковой войнушки это ну очень много! Так что я сделал вывод, что намечаются довольно масштабные боевые действия. И, что самое неприятное, где-то на юге. А там, на юге, находится моя жена. А учитывая то, что она, скорее всего, тоже ребенок и не может по своему желанию оттуда убраться, то ее безопасность вызывает вопросы. Если точнее, я безумно волнуюсь за нее.
Как было хорошо в прошлом мире! Мы росли вместе, дружили с пеленок, были соседями, даже наши родители из того мира назвали нас в шутку женихом и невестой. Было бы замечательно остаться там, намного лучше, чем в этом дремучем средневековье, но огненный шторм, наведенный конклавом магов, уничтожил наше будущее. И, что неприятно, каждый новый мир хуже предыдущего.
Интересно, если мы тут еще раз погибнем и переродимся, куда попадем? В аналог Древней Греции или сразу в палеолит?
– Серж, как думаешь, может записаться? – меня толкнул в бок мой друг и одноклассник, потому что я отвлекся на свои переживания и выпал из беседы.
– Если хотите сразу сдохнуть, то обязательно запишитесь, – кивнул я приятелям. Мы тут сидели не вдвоем, нас было с десяток мальчишек, объединенных общей идеей, после выпуска из храмовой школы пойти в армию.
Да, когда мы выпустимся, нам будет по двенадцать лет, но здесь это возраст уже почти взрослого человека. Бойцом, конечно, никто не возьмет, но каким-нибудь слугой или оруженосцем – вполне.