Так я и промучился без сна до рассвета, встал, сделал утренний комплекс упражнений на физику тела и магию, помедитировал и пошел работать. Мне приходилось вставать чуть ли не раньше всех, чтобы к пробуждению остальных в лампах уже горел огонь, а храм уже был готов к работе.
А вот время трапезы случилось непредвиденное: пришел настоятель и сделал объявление, что свободный вход и выход из храма закрывается. Оказывается, сегодня ночью сбежали трое парней из самого старшего класса, то есть двенадцатилетки. Они решили записаться в добровольцы, судя по их разговорам накануне.
Зачем было сбегать ночью, если днем можно было просто свободно выйти через ворота – так и осталось загадкой. В целом, ворота на ночь, конечно, закрывались, но особо не охранялись, потому что желающих напасть или ограбить храм Смерти, обычно не водилось.
А вот теперь весь комплекс переходил на осадное положение. Странно, непонятно? Еще как, если действительно думать, что дело в трех сбежавших пацанах. Я же имел немного другую информацию.
Нет, про закрытие храма я не знал – это решение настоятеля и оно было озвучено только что. Тут другое. Еще утром мой наставник, ввалившись в кочегарку, где я как раз растапливал печи для нагрева воды и готовки, рассказал, что в городе беспорядки и погромы. Непонятно, что там в итоге случилось, но скорее всего слово за слово и местные сцепились с военными.
Мой наставник как раз был в городе, как обычно, пил, а приползал из трактира под утро, так что обладал довольно свежими новостями, если, конечно, мог говорить, а не только мычать. Но кажется, происходящее его даже немного отрезвило, потому что он не завалился спать на свой топчан, а братья-храмовники его пьяного не пускали в общие кельи, поэтому он спал тут, в подвале. Сейчас же он выпил воды, раздал мне ценные указания, в которых я не нуждался, и куда-то ушел. Подозреваю, что к настоятелю.
И вот результат. Когда мы вышли из трапезной, храм преобразился и продолжал преображаться буквально на глазах. Ворота были не просто закрыты, на них были дополнительно прикреплены щиты, штырями они уходили в землю, а поверх них теперь висел огромный засов. Рядом же находился пост часового и он не просто стоял, для него притащили специальную будку, чтобы если кто-то перекинет что-то через стену, часовой не пострадал. Стена-то была невысокая, всего метра четыре – никто в городе не даст строить нормальные укрепления, так что там и обычный человек может что-то закинуть, не то что маг.
Стены не позволяли поставить на них часовых, но на главном храме, на самом верху, где раньше было просто круглое строение типа часовни, только на крыше, открылись бойницы, у которых был круговой обзор. Я там раньше не был никогда и считал эту часть какой-то то ли ритуальной, то ли декоративной, а оказалось что это что-то типа смотровой башни. Наставник мне потом объяснил, что сделана она на случай сильных пожаров в городе, чтобы можно было оценить, есть опасность для храма или нет. Ну и во время беспорядков или воин тоже использовалась, хотя такого давненько не было.
Кстати, о служителях. Они все как-то резко сбросили свои рясы и остались в чем-то, похожем на мундиры, причем, типовые. У всех служителей они были одинаковыми и различались в мелочах, но они никак не напоминали военные. Впрочем, это не стало для меня сюрпризом, я знал, что они все бывшие солдаты и подозревал, что храм Смерти – некий военизированный орден. Не только наш, а все они, в каждом городе подчиняются своему единому начальству.
Мне особо не было до этого дела, я магом Смерти не был, они меня воевать не заставляли и было непохоже, что они сами с кем-то конфликтуют. Но иногда, бывало, я немного даже завидовал их силе. Мне нравится мой Огонь, но быть некромантом – это тоже очень неплохо.
Через пару часов в храм начали прибывать те ученики, которые жили не в этих стенах, а дома. Учились же тут не только беспризорники, но и вполне себе обычные маги Смерти, у которых были родители и полный комплект родственников. Вообще, настоятелем не поощрялось такое, но он никого и не заставлял. Хочешь жить дома – живи. Только кажется мне, что тогда карьера в храме и в этом ордене тебе не светит.
Причем, прибывали не только ученики, но и их семьи. В храмовом комплексе вообще-то было много места, поэтому их старались всех разместить внутри зданий. Но это пока. Сколько мы сможем принять лишних людей? Ну, по моим прикидкам, человек пятьдесят, максимум, семьдесят, а это всего лишь порядка десяти-двенадцати семей.