Это же смех, а не вооружение!
С магией дела обстояли не лучше, полсотни слабых одаренных, учитывая и беженцев из соседних селений, плюс десяток магов более-менее среднего уровня из которых половина – это мирные жрецы и целитель, который насмерть может если только залечить. По сути, нормально развивали боевой дар лишь пара стражников и я. Потешное воинство, короче.
В общем, они подошли. Сначала выкатили пушки, но стрелять пока не стали. У меня сложилось ощущение, что они чего-то ждут или, может, у них не слишком много ядер. Как оказалось, они ждали магов. Те подъехали на породистых лошадях, и было их пятеро, посовещались, а потом ударили. И я во второй раз в этом мире увидела по-настоящему серьезную магию.
Да, видимо, они не хотели тратить ядра или использовать пушки, потому что они не слишком долговечные, зато сводный заряд трех магов Огня и двух ветра выглядел как удар из тяжелой огнеметной системы того мира. Ворота они вынесли сразу же, поломав и часть забора рядом. Люди с мостков посыпались как кегли.
Я стояла далеко, поэтому видела. И незаметно подстраховалась, закрепив себя с помощью побега на одном из бревен частокола, ведь все мостки представляли собой единой целое и хоть с моей стороны они не обвалились, но их заметно повело.
– Рина, уходи отсюда, – приказал отец, стоящий рядом. Тут же были мои брат, мать и другие магически одаренные родственники. Неодаренные же стояли внизу с мечами наголо, готовясь к драке. Разве что женщин и детей там не было, потому что они не могли мечами махать. А вот магички все были здесь.
– Нет, – покачала головой я. – Ты знаешь, я могу помочь.
– Рина!
– Я знаю, что я делаю, – упрямо ответила я.
– Если они прорвутся, уходи в лес.
– Не беспокойся, я себя в обиду не дам, – пробормотала я, правда, мои последние слова заглушил еще один взрыв.
Отец кидал в подступающих к нам военных водные шары, но смысла в этом большого не было. Он не мог обеспечить по-настоящему сильный и быстрый заряд, поэтому только их раздражал тем, что они вымокли до нитки. И остальные добивались похожего эффекта.
Мои брат и мать вообще боевыми дарами не обладали, мать – зельевар, а брат – поисковик, что они делали на стене – не ясно. Да, они стреляли из бесполезных луков, но толку от этого было немного.
Первым упал как раз брат, получив болтом из арбалета в глаз. Рана смертельная без всяких вариантов. Мама закричала и кинулась к нему, отец тоже отвлекся, но не я. Противник вышел на дистанцию моей атаки.
Нет, я не собиралась стегать их корнями или пытаться оплести – мне сил не хватит их всех остановить. Но я мешала им идти, под ногами у них неожиданно вылезали корни, от чего люди и кони спотыкались, трава начинала резать даже сквозь сапоги. Нескольким десяткам человек я проткнула ноги острыми клиньями. Но это была капля в море, на самом деле.
А потом маги поняли, что им противодействует сильный хлорокинетик, вот только не могли понять, кто именно. Да, они уловили отголоски и примерное направление, где я нахожусь, только меня из-за частокола и видно-то особо не было, так что на меня они подумать не могли. Как сказал тот маг, что убил Сая, сделать такое мог только взрослый человек, а не двенадцатилетняя девочка. Но это не помешало им начать более интенсивно обстреливать нашу часть стены. Только повторного магического залпа не было, вероятно, эти маги хорошо так потратились.
Как бы я им не мешала, устраивая ловушки из корней, ими же рыхля почву, чтобы солдаты и лошади ломали ноги, но нападающие все же прорвались в город. Хотя теперь магические заряды падали уже непосредственно на голову солдатам, потом что дистанция исчезла, но это не особо помогало. Слабенький заряд может и обычный деревянный щит отразить.
Я спустилась с мостком и спряталась за остатками плетня. Такое себе убежище, но ничего лучше поблизости не было, а мне надо было все же видеть, кого хватают мои корни, потому что была вероятность навредить своему. Потому что сейчас я уже начала работать серьезно. Переломанные ноги – это хорошо, но мало, а вот пронзенные острыми и крепкими как металл корнями – это уже лучше.
Пока суть да дело, когда идет бой, такое может получиться и никто не заметит. Но долго это продолжаться не могло. Что могут две сотни ополченцев из крестьян против двухтысячного войска из профессиональных вояк? Правильно, могут они только быстро сдохнуть или сдаться. Что они и проделали.